Попаданка в русалку

Вместо стены из тонких, но быстрых и сильных водяных потоков я пробила водой более объемный выход на поверхность, благодаря чему вода теперь походила на толстый хлыст или на поток из шланга. Он поднимался из земли примерно на полметра под углом и опадал волной, ручьем вился по прогалине в песке и через несколько метров уже пропадал, оставив лишь мокрое пятно. Здоровенный водяной шар я так и оставила на месте, не увеличивая его и не питая, но и не позволяя испариться, просто для демонстрации своей силы.

Старикашка сперва замер в нерешительности, но потом расплылся в доброй-доброй улыбке:

— Как я рад! Как я рад, что разум возобладал над эмоциями, и вы, наконец, готовы к переговорам, моя дорогая.

 — Двое слуг подтащили его ближе и усадили на привычные уже подушки. Только не учли, что те успели вымокнуть от водяной взвести из фонтана, и, сев на них, старик издал забавный чавкающий звук, словно вляпался в… кхм…

Я тоже сидела на свое месте, откинувшись спиной на мятый мешок и теперь мягкими поглаживающими движениями собирала воду со своего платья, будто не обращая внимания на сидящего передо мной старика.

Замерла и чуть нахмурилась:

— Я не говорила, что полуорки могут вернуться к вам. Верните своего слугу, и пусть все сидят на местах.

— Но… — он растерянно покосился на полуорка, стоящего за моей спиной.

Я шевельнула пальцами, и он выдвинулся вперед и обернулся — стало видно, что руки его связаны водными путами за спиной, потом отступил назад.

— Не забывайте, я чую все, что происходит в этой пустыне: кто, где и что делает.

И ваши слуги должны сидеть на месте, пока мы не закончим разговор. — Проговорила я твердо, а затем нежно улыбнулась: — Я буду чувствовать себя спокойнее, если мы все останемся при своих позициях, — заметила я, не зная, как перевести выражение «статус-кво». — Кстати, капитан Пхимарс к нам не присоединится? — я покосилась на мужчину, который как потерял сознание, так и лежал на ковре полубоком ко мне затылком. Ни один из слуг старика так к нему за это время и не подошел.

Старик отдал приказ по-халифатски, и один из слуг перевернул капитана на спину, пощупал и что-то сказал:

— Он мертв, — перевел для меня Рохеис.

Я всеми силами старалась сохранить на лице безразличное выражение и, не замедляя движений, продолжила собирать влагу со своего платья:

— Вот как? Я немного не рассчитала? — изобразила на лице самую вежливую улыбку, в сочетании с моими эмоциями, подозреваю, она выглядела как хищный оскал маньяка.