Помнишь ли ты…

Несмотря на то что Салли приготовилась к оскорблению, заголовок и фотографии на первой странице подействовали на нее, как резкий удар в живот."

"«ГРОМ В РАЮ! ДИАНУ ФОСТЕР БРОСИЛ ЕЕ ЖЕНИХ». Под заголовком красовалась огромная фотография: смазливый жених Дианы загорает на пляже рядом с пышнотелой блондинкой. Ниже было набрано помельче: «Жених Дианы Фостер, Дэн Пенворт, проводит медовый месяц, со своей юной женой, восемнадцатилетней моделью и богатой наследницей, итальянкой Кристиной Дельмонте». Салли просмотрела статью, сдерживая тошноту.

«Вчера в Риме Кристина Дельмонте оставила с носом издательницу журнала „Красивая жизнь“ Диану Фостер… В последнее время империю Фостеров осаждают конкуренты, которые насмехаются над непрестанными и успешными попытками мисс Фостер избежать брачных уз и материнства, в то время как ее детище проповедует блаженство и красоту того и другого…»

— Подлец! — выдохнула Салли. — Этот негодяй, этот… — Она осеклась, увидев, что в кабинет вошла Кори — встрепанная и, по-видимому, не подозревающая о несчастье.

— Похоже, с макетом мы разобрались, — заявила Кори, отдышалась и вгляделась в лица растерянных женщин. — Что случилось?

В ответ Салли протянула газету. Кори взяла ее и почти сразу же прошипела:

— Ублюдок! Он… он…

— Трус, — подсказала Салли.

— Ничтожество, — нашлась Кори.

— Безмозглый осел…

— Спасибо вам обеим, — с принужденным смешком перебила Диана. — В такие минуты ничто не ценится так, как преданность.

Кори и Салли сочувственно переглянулись, и секретарша ушла, прикрыв за собой дверь, а Кори приблизилась к сестре.

— Мне так жаль, — прошептала она, крепко обнимая Диану.

— Мне тоже, — ответила Диана испуганно и робко, как ребенок, наказанный за проступок, которого он не совершал.

— Идем. — Кори мягко, но настойчиво заставила Диану отвернуться от окна и повела к столу. — Возьми жакет и сумку, и поедем отсюда. Нам нужно сообщить родным о случившемся.

— Я не могу уехать так рано. — Диане удалось чуть приподнять подбородок, но она по-прежнему смотрела на Кори глазами раненого зверя.

 — Я не могу сбежать. К вечеру о статье будет знать весь офис. Сотрудники заметят, что я рано уехала, и решат, что я боюсь смотреть им в глаза.

— Диана, — непререкаемым тоном возразила Кори, — ни к одному президенту крупной компании служащие не питают такой любви и восхищения, как к тебе. Все они будут на твоей стороне.

— Мне не нужна жалость, — покачала головой Диана, наконец овладев собой.

Кори поняла: спорить бесполезно.