Помнишь ли ты…

Джо не сомневался, что люди Кушманов ищут Бретлинга, чтобы прикончить его, и в течение ближайших сорока восьми часов Коул решил не давать противникам ни малейшего шанса.

Представители юридической фирмы из Вашингтона, ведущей дела КЦБ, встретились с Коулом в восемь часов на следующее утро. Заседание должно было начаться в одиннадцать. После долгих споров между собой и с Коулом юристы согласились на его категорическое требование: на заседании должны присутствовать члены конгресса и КЦБ.

А в это время Барбара Хэйуорд вошла в городской дом своего брата в Вашингтоне.

Дверь открыл отец.

— Барбара! — воскликнул он. — Дорогая, с чем пожаловала? Она огляделась, разыскивая Дуга, и увидела, как он вошел в комнату, застегивая манжеты рубашки. Брат остановился и просиял, и при виде этой улыбки решимость Барбары слегка поколебалась.

— А мама с вами? — спросила она, снова оглядываясь.

— Я здесь, моя девочка, — отозвалась Джессика, вплывая в комнату в шелковом воздушном пеньюаре — своем излюбленном одеянии. — Лучше скажи, почему ты приехала?

У Барбары возникло страшное предчувствие, что именно Джессика уже пришла к верному выводу.

Барбара убедилась в своей правоте, когда мать заговорила с ней, как со слабоумной — сейчас, когда Барбара уже сумела устроить свою жизнь и выйти замуж за любимого человека.

— Почему ты не осталась у себя, в прекрасном и мирном Вермонте? — продолжала Джессика, наливая дочери чашку чая. — Ты же знаешь, большие города раздражают тебя. Зачем тебе понадобился Вашингтон?

Барбара уселась на диван и поняла, что наконец-то наступил момент, которого она боялась с тех пор, как ей исполнилось пятнадцать лет.

Мать будет презирать ее или засмеет, назвав чокнутой и вруньей. Дуг с отцом перестанут ей верить, разлюбят навсегда, бросят… Сердито помотав головой, Барбара заставила замолчать свой внутренний голос, который завел давнюю песню, сводившую ее с ума."

"— Я приехала, чтобы выпить чаю, — сообщила Барбара со спокойной улыбкой. Дуг присел. Отец с матерью устроились в креслах напротив.

 — И еще — чтобы исправить ошибку, которую совершила с маминой помощью пятнадцать лет назад.

Джессика вскочила;

— Опять ты за свое! У меня в сумке есть транквилизаторы…

— Так прими их, если тебе это необходимо, — безмятежно посоветовала Барбара. — Папа, — начала она решительно, — Коул Гаррисон никогда и пальцем меня не тронул. Той ночью в конюшню приходила мама. Увидев тебя, она бросилась ко мне в комнату и упросила меня поменяться с ней одеждой.