Помнишь ли ты…

Когда Диана вернулась с совещания в производственном отделе, Дуг мерил шагами ее кабинет и, судя по зловещему выражению его лица, ничуть не радовался за нее. Диана прикрыла дверь, и едва щелкнул замок, как Дуг взорвался, выпалив приглушенным, полным злобы голосом:

— Из всех тупых, безмозглых… не могу поверить, что ты и вправду вышла, замуж за этого… подонка! Ты лишилась рассудка! Господи, если бы я только мог, остановить тебя!

Диана приготовилась образумить его, но оскорбления в адрес Коула вызвали у нее такую досаду, что она молча обошла вокруг стола.

Застыв на месте, она гневно следила, как Дуг вышагивает перед ней, запустив пальцы в шевелюру — Избавься от него. Немедленно. Заяви, что он одурманил тебя наркотиками, сделай что угодно, но расстанься с ним. Он недостоин находиться в одной комнате с тобой. Его место — на конюшне, в навозе!

— Ты сноб! — не выдержала Диана.

— Если презрение к выскочке делает меня снобом, я согласен быть им.

— Как ты смеешь так говорить! — выпалила Диана. — Что с тобой стряслось?

Упорство Дианы только усилило ярость Дуга.

Хлопнув обеими ладонями по столу, он склонился над ним и процедил сквозь зубы:

— Я — твой друг. Сделай это ради меня — пусть этот сукин сын катится ко всем чертям!

— Ты рассуждаешь неразумно.

Он вновь забегал по комнате.

— Ну как тебе втолковать? — Остановившись, Дуг снова повернулся к Диане. — Фортуна отвернулась от Гаррисона! За него взялась КЦБ, и это только начало. Когда федеральное правительство разделается с ним, он окажется за решеткой, как Айвен Боески и Майкл Милкен.

В Техасе ему тоже не дадут больше сделать ни шага. И тогда он станет всего-навсего бывшим заключенным!

Диана была потрясена, но сумела невозмутимо спросить:

— Почему ты так считаешь?

— Потому, что он провернул грязную сделку. Он мошенник и негодяй. Он — животное!

— Приведи хотя бы один факт!

— Не могу! — выкрикнул Дуг.

— Тогда прошу тебя — не верь слухам, — мягко произнесла Диана, протягивая руку. — Положись на меня и успокойся.

Но его внезапная печаль оказалась более тяжким зрелищем, нежели гнев.

"

"— Диана, ради тебя я готов броситься под поезд, но не в силах помочь тебе, пока ты замужем за этим чудовищем.

— Он останется моим мужем, — произнесла Диана непререкаемым тоном, удивившим даже ее саму. Дуг побледнел, словно получив пощечину.

— Значит, этот ублюдок способен свести с ума любую женщину? Даже тебя?

Диана предположила, что Дугу известно о влюбленности в Коула всех подруг ее юности, но не ответила на его выпад.