Поединок. Выпуск 18

Но самовлюбленный хам отнесся к ней вдруг с такой товарищеской простотою, что от Алининой обиды как-то вдруг и следа не осталось:

– Пиф-паф ой-ой-ой, выходит?

– У-гу, – кивнула Алина и показала на подсобную дверку.

– Три дня не заглянешь – черт-те что начинается! – покачал капитан головою и пошел через зал. Алина – за ним.

Пока капитан осматривал место происшествия, а делал он это недолго, Алина из-за спины все тараторила, рассказывала про* плащ, про бородку, про черный ход.

Взвыв сиреною, затормозила у ресторанчика оперативная «Волга», вошли штатские мальчики.

– Пиф-паф ой-ой-ой, – и пошел из кафе.

Алина, провожаемая тоскливым взглядом немолодого кожаного мальчика, пошла за Мазепою.

– Прокатиться хотите?

Алина кивнула.

Капитан распахнул дверцу своего «шевроле» не «шевроле», запустил двигатель, неслышно тронул с места.

– Вижу, – сказал, – вижу в глазах осуждение: не опросил свидетелей, не поискал пулю. Так вот: пулю найдут ребята, и окажется, что она выпущена.

– Из «зауэра»? – спросила Алина. – Да вдобавок, наверное, из того самого, из которого убили бармена в прошлом году. «Зауэр» – редкое оружие?

– О-го! – обернулся капитан. – Вот это информированность!

– Профессия обязывает.

– Не люблю журналистов, – отреагировал Мазепа, помолчав.

– Журналисток тоже? – кокетливо осведомилась Алина.

– Журналисток? Кюшать люблю, а так – нет, – процитировал с кавказским акцентом анекдот позапрошлого сезона. – А свидетелей опрашивать – дохлый номер. Не такой же он кретин, чтобы еще раз воспользоваться этим костюмом.

Дальше ехали молча: только тресканье-бульканье служебных переговоров по рации, в которые капитан, впрочем, не вступал, нарушало тишину.

Наконец «шевроле» не «шевроле» встал прямо перед подъездом.

– Запомнили! – иронически восхитилась Алица.

– Профессия обязывает, – парировал капитан. Некоторое время выждав, добавил: – Ну?

– Что ну? – не двигаясь с места, со всею наивностью, на какую была способна, поинтересовалась Алина.

– У вас ко мне еще какие-нибудь вопросы? Или… советы?

– Просто жду, когда снова на ночной кофе начнете напрашиваться.

– Во-первых, тогда уже было утро. Во-вторых, я потомок шляхтичей, – отозвался капитан, – и потому до неприличия горд: навязываю свое общество не более одного раза.

– А вы рискните в порядке исключения на вторую попытку.

Капитан пристально поглядел Алине в глаза, потом склонился под приборную доску, стал что-то там откручивать.