Поединок. Выпуск 18

И он начал заново прокручивать в памяти двор, подъезд, лестницу, площадку, дверь, пробитую пулями, Ильина, влезающего в окно… Точно, конечно же, высверк. Он подошел кокну и увидел этот высверк. И сейчас, даже на солнце, он увидал его. Кто-то из дома напротив следил за ними или в подзорную трубу, или в бинокль. Он словно пробежал глазами по длинному ряду окон дома напротив и вновь увидел блеск оптики. – Литвин, -сказал Бахтин не оборачиваясь. – Здесь я, – ответил за плечом надзиратель. – Пятое окно в последнем этаже видишь? – Понял.

Наконец дверь выбили. Городовые в сердцах бросили ломы об пол, и они с плачущим звоном укатились в угол."

"– Ну, что ж. – Бахтин подошел к двери и увидел двух новых персонажей сей трагедии: судебного врача Брыкина, следователя судебной палаты статского советника Акулова. Настроение у него сразу испортилось. Он терпеть не мог этого самоуверенного, высокомерного человека. Акулов был одет так, словно приехал не на убийство, а в Английский клуб.

– Я войду первым, – безапелляционно изрек он и, брезгливо покосившись на потных городовых, вошел в разбитую дверь. – Доктор, пожалуйста, сюда, – раздался его голос. Брыкин, подмигнув Бахтину, вошел в квартиру. Все стояли и ждали, и это начало бесить Бахтина. Он подождал еще минуту и вошел в квартиру. Акулова не было, он, видимо, ушел в одну из комнат, рядом с дверьми.

– Четыре дыры, – врач поднял голову, – как стрелок-то этот сподобился. Видать, большой умелец. Я вам, Александр Петрович, пули после вскрытия отдам. Вы же у нас криминалист.

Из глубины квартиры появился Акулов, недовольно взглянул на Бахтина.

– Ну что, доктор? – Он обращался к Брыкину, подчеркнуто игнорируя Бахтина. – Что вы имеете в виду? – Причина смерти. – Извольте взглянуть. – Ваше мнение?

– Убит из неизвестного огнестрельного оружия, предположительно из нагана или браунинга.

«Господи, какой непроходимый дурак, – подумал Бахтин, – неужели опять придется работать с этим напыщенным идиотом».

А тем временем Литвин коротким свистком вызвал дворника. Тот подбежал, топая сапогами. – Слушаю, ваше благородие. – Пятое окно в последнем ряду видишь? – Так точно. – Кто там проживает? – Так что господин Гензелли. – Кто?

– Гензелли, ваше благородие, из цирка господин.