Поединок. Выпуск 18

– Интересно, Женя, – Бахтин пожал руку Чечелю, – коллежский советник бывший, а полковник всегда полковник. Так, что ли?

– Заело, – засмеялся Кузьмин, – садись, поужинаем, да поговорить надо.

Выпили, закусили и Чечель рассказал свою историю невеселую.

– Значит, вы говорите, что о деньгах знали двое. Кто? – Князь Львов и его помощник Усов.

– Так. – Бахтин вскочил, нервно зашагал по комнате. – Усов. Интересно. А он знал, что вы деньги сдали? – Нет. – Все ясно, покажите-ка расписочку.

Чечель достал из кармана потертый сафьяновый бумажник, вынул документ, протянул Бахтину.

– Так… так… интересно. Значит, вот почему вас Сабан с Рубиным искали. – Я их не знаю.

– И не надо, Василий Борисович. Вам Женя мою одиссею, надеюсь, рассказал. – Так точно. – Поможете мне? – Каким образом?

– Вам ничего не надо будет делать. Сходите раз в один притончик с дамой, поиграете и все. – Это нужно?

– Необходимо. Мы должны их уничтожить, пока они не убрали вас. – Оружие дадите? – Вы же инструктор милицейского резерва.

– Бросьте, вы же контрразведчик, сродни нам, грешным. Ну, как? – Согласен. – Вот и хорошо. Поутру двинем в ЧК.

– Жуть-то какая, не к ночи, – замотал головой Чечель.

Наконец он понял, что это не сон, а кто-то вполне реальный колотит в дверь. За окном висела ночь. Бахтин накинул полушубок и пошел к дверям. – Кто? – Это я, Алфимов. Бахтин открыл дверь. Миша ввалился в квартиру вместе с лестничным холодом.

– Беда, Александр Петрович, банда шведского консула угробила. Манцев приказал… – Сейчас.

Хорошо, он по давней привычке побрился на ночь. Раньше Бахтин делал это почти ежедневно. Чтобы выехать на ночное происшествие в пристойном виде. Ровно через пять минут он спустился к авто. – Где? – спросил он.

– Дом страхового общества «Россия», на Сретенском бульваре.

Шофер был новый, что порадовало Бахтина. Последнее время он еле сдерживался, чтобы не набить морду юному классовому борцу.

За стеклом машины лежал черный, засыпанный снегом город. Пустой и опасный, как пещера из книги Жаколио. Но даже сейчас была в облике Москвы некая трагическая красота, город, словно больной, пережидал, когда спадет высокая температура. У шикарного дома, отгороженного от улицы резной решеткой, стояли несколько авто и санитарная карета.

Бахтин вылез из машины, пошел к подъезду. Этот дом пока сохранил былое барское чванство. На лестнице лежал ковер.