Поединок. Выпуск 18

– Вот еще один повод поучиться у старых спецов, – серьезно сказал Мартынов, – сила оперативнику так же необходима, как и ум.

– Товарищ Бахтин, я пойду, но мы не договорили. Так что вам надо? – Манцев встал. – Мотор. – Будет. – Комнату с телефоном. – Эта подойдет? – Конечно. Если вы нам диван поставите. – Зачем?

– Кто-то из группы круглые сутки будет находиться здесь. Господа, – Бахтин запнулся.

– Ничего, – прогудел Алфимов, – от старой привычки сразу не избавишься.

– Спасибо, – продолжил Бахтин, – сейчас придет очень опытный сыщик Орест Литвин, он будет работать с нами.

– А зачем, товарищ Бахтин? Почему мы должны искать списки доносчиков? – удивился Батов.

– Это не доносчики, Батов, а наши секретные сотрудники. Они глаза и уши оперативника, без них мы ноль. Помните, что человек, решивший помогать нам, рискует больше, чем сыщик. Нас защищает закон, а его только мы. Если нам удастся создать свой сильный негласный аппарат, мы победим любую преступность.

Поздно ночью Мартынова встретила в коридоре Рослева.

– Хорошо, что я вас нашла, товарищ, есть разговор. – Пойдемте ко мне.

Мартынов не любил эту женщину. О ее коварстве и жестокости ходили разговоры среди чекистов. Они вошли в кабинет Мартынова, и Рослева, усевшись на стул, сразу перешла к делу."

"– У вас теперь работает полицейский полковник Бахтин? – Да. – Мне поручено вести его разработку.

– Феликс Эдмундович поручил это мне, – перебила его Рослева.

– Интересно у нас получается, – Мартынов в сердцах сломал карандаш, – я человека на смерть посылаю, а ему не верят. – Я никому не верю. – Что вы хотите? – Шофер на авто. Должен быть мой человек.

– Только что Бахтин прочел нам целую лекцию о работе с агентурой…

– Вы теряете революционное сознание, товарищ, нельзя сравнивать агента царской полиции и нашего товарища.

– Хорошо. Решайте с Манцевым.

Мартынов встал, давая понять, что разговор окончен. Утром вся группа собралась в кабинете.

– Так, – Бахтин старался избегать обращений, – сейчас Литвин доложит нам суть дела. Прошу вас, Орест.

– Значит, так, – Литвин достал бумажку, – в день налета на сыскную полицию на входе стоял старший городовой, Никитин. Его преступники оглушили, а в помещении был чиновник Кулик. Его тоже ранили.