Поединок. Выпуск 18

Не много, человек пять лучших криминалистов, но и дела они будут раскрывать самые сложные. – Я благодарен вам за заботу, Степан Петрович.

– Забота всегда предполагает корысть, милый мой. У меня к вам небольшая просьба. – Прикажите.

– У меня есть друг, мы вместе кончали Катковский лицей, прекрасный человек. Добрый и весьма обеспеченный. Поэтому ему, как нам грешным, не нужно было поступать в службу. Он стал общественным деятелем. Но началась война, и как истинный патриот он пошел во Всероссийский Земский союз.

Там ему как человеку кристально честному поручили возглавить Заготовительный отдел. Через его руки практически идут все поставки на армию. Короче, его начали шантажировать. – Есть на чем? – спросил Бахтин.

– За его честность я ручаюсь. Но у него трагическое положение. И вы должны помочь ему разобраться. Зовут его Коншин Иван Алексеевич. Проживает он в Мерзляковском переулке, собственный дом, телефон 546-51, номер служебного аппарата 277-66. Я надеюсь на вас, Александр Петрович.

Прощаясь, Белецкий сказал, усмехнувшись:

– Будьте осторожны, не верьте старым друзьям. Надеюсь, что мы еще увидимся с вами. Правда, времена наступают весьма тяжелые.

Бахтин больше никогда не видел Белецкого. Думая о нем, он никак не мог понять, чем же вызвал расположение могущественного товарища министра, руководящего всем политическим и уголовным сыском империи. До конца дней он так и не узнает, чем было оно вызвано.

И если бы он спросил об этом Белецкого, тот тоже не ответил бы.

Видимо, даже у самых черных душой людей находится где-то в глубине нечто светлое, оставшееся от далекой молодости.

И сидя в вагоне поезда, несущего его в Москву, Бахтин, вспоминая последние столичные дни, думал о том, что все самое лучшее осталось в этом мокром и холодном городе.

Именно там к нему пришла любовь, там он узнал радостный вкус победы и горькие минуты поражений. В столице сложилась его карьера от губернского секретаря до коллежского советника.

Бахтин еще раз посмотрел на форменный сюртук, висевший на вешалке.

В ярком вагонном свете узенькие погоны с двумя полковничьими просветами радостно отливали серебром.

Начав в сыскной полиции с должности полицейского надзирателя, он поднялся практически до конца служебной лестницы.

Ну, что осталось ему. Чин статского советника и должность начальника сыска в каком-нибудь губернском городе. Еще один шаг и он достигнет своей вершины. Дорога пройдена. Но как же он устал за эти годы.