Поединок. Выпуск 8

Там живет адвокат Ле Винь. Он — мой старый друг. Скажи, что тебя прислал Бао — это мое настоящее имя. В подробности не вдавайся, скажи, что я просил переправить тебя в освобожденные районы. Он поможет встретиться с нужными людьми. И давай адрес или телефон Лан. Ее нужно предупредить. Даже если бы Уоррел остался жив, я не был бы уверен в ее безопасности.

Виен нацарапал на клочке бумаги несколько цифр и протянул его Нго Чаку.

— А теперь иди, — сказал капитан. — И еще раз — спасибо. До встречи после освобождения... товарищ Виен.

Нго Чак крепко сжал юноше руку и, подойдя к двери, приоткрыл ее. Он посмотрел в коридор, сделав знак Виену подождать, потом махнул рукой.

Уоррел открыл глаза. Какая-то белесая пелена мешала ему смотреть. Голова разламывалась на части. Он дотронулся рукой до затылка и поднес пальцы к глазам. Белесая пелена стала розоватой. Он потряс головой, пытаясь окончательно прийти в себя. Расплывчатые поначалу предметы стали принимать четкие очертания. И тут Уоррела словно пронзило током. Он вспомнил, что произошло.

Этот ублюдок, этот молокосос перехитрил его! Уоррел никак не ожидал нападения и потому ничего не успел предпринять. Как же так? Он, матерый разведчик, обладающий молниеносной реакцией, позволил какому-то мальчишке... Уоррел выругался. Этот щенок предупредил Рекса и удрал! Проклятая страна, в которой никогда не знаешь, что тебя ждет! Проклятые люди, которые все делают вопреки логике! Уоррел считал, что видит Виена насквозь. И дважды ошибся. Первый раз, когда был уверен в своем воспитаннике на сто процентов. И второй — когда поверил в его «раскаяние».

Идиот! Потерпеть такое фиаско во Вьетнаме, который он, Уоррел, считал изученным до тонкостей, до мелочей.

Все пропало! Нет смысла ждать двенадцати часов. Никто не придет в «Виньлой». Полковник машинально взглянул на часы, и в его сознании промелькнул луч надежды. Прошло не больше двадцати минут, как этот... этот... (Уоррел не смог подобрать подходящего слова) ударил его чем-то тяжелым по голове! Он не мог далеко уйти.

Немедленно поднять тревогу, поднять на ноги весь город, перетрясти каждый дом, каждое помещение! Уоррел не отдавал себе отчета в том, что это нереально — найти человека в огромном городе. Он сорвался. Сорвался впервые в жизни. Он находился в таком состоянии, когда чувство реальности мутнеет, уходит, уступая место безрассудству.

Найти, взять! Из папаши не вытянешь имени Рекса, но его ублюдок — не такой фанатик, он не выдержит боли. Уоррел сам займется Виеном.