Подчинись мне (СИ)

Он тут же подлетает ко входу, глядя на меня расширенными то ли от удивления, то ли от ужаса глазами.

— Варь.. - в его голосе чувствуется волнение, но я больше не хочу верить в это. В чувства между нами. И сейчас больше всего жалею, что на самом деле я не такая циничная сука, которой меня считал Тимур.

— Ты больше ему ничего не должен, - произношу со сталью в голосе. Сама дивлюсь, как безразлично и холодно у меня получается это сделать.

— Варь...

— Пожалуйста, ничего мне не говори, - выставляю вперед руку, подтверждая свои слова, небрежно сбрасываю обувь и прохожу вглубь нашей квартиры.

Глава 38

Варвара

— Малыш, прости меня, - Егор бредет за мной по пятам, и мы вместе заходим в комнату.

Он вдруг касается меня сзади, пытается обнять, и я испытываю такое омерзение, которого не чувствовала никогда раньше.

Резко сбрасываю чужие руки, пытающиеся приласкать меня. Больно. Слишком больно. Будто его пальцы могут заживо содрать кожу.

— Варь, я так благодарен... ты... - Егор стремится развернуть меня к себе, тянет за локоть, но нутро вновь прошибает отвращением.

Подбородок трясется от подступающих рыданий, но я все же нахожу в себе мужество ответить:

— Не смей больше прикасаться ко мне! Не вздумай тянуть свои мерзкие руки! - я цежу каждое слово сквозь зубы, вкладывая в них максимум ненависти. Егор должен понять. Неужели, он не понимает?

— Я не заставлял тебя, ясно?! — мой парень вдруг становится серьезным, сбрасывает с лица овечью маску, украшенную жалостью и благодарностью ко мне. - Я лишь предложил! А то, что ты все же прыгнула в койку к этому уроду.

— Продолжай, - предлагаю, поднимая брови. - Давай, скажи, что ты там думаешь!

Он явно подавляет в себе желание ответить правду. Наверное, Егор боится, что Абрамов сможет откатить свое великодушие назад, если мы вдруг поссоримся. Потому он снова возвращается в прежнее свое состояние и, улыбаясь, точно искренне, произносит:

— Ты самая лучшая, - тянет ладони ко мне, но я отступаю на шаг назад.

— Так почему ты до сих пор стоишь?! - мой голос звучит с грустной усмешкой. Пропитан циничными интонациями.

— Что?! - Егор непонимающе сводит брови на переносице.

— Почему ты до сих пор не лежишь подле моих ног? - в моем голосе столько злости, что даже самой становится страшно. Волнительно за то, что внутри поселилась уродливая чернота.

— Малыш, ты чего?

— Так и знала! - вновь усмехаюсь.