Подчинись мне (СИ)

А в итоге так жестко влипла.

Когда оказываюсь на втором этаже, минуя длинную лестницу, в голову приходит идея. Нужно найти Никиту. Да, сейчас не лучшее время для разговора, но завтра наша беседа может и не случиться. Да что там?! Я не могу предугадать, что будет со мной даже через десять минут, а на завтрашний день просто не загадываю.

Где спальня мальчика я понятия не имею. Потому стучу в каждую дверь на этаже, ожидая ответа.

Нет гарантий, что Никита вообще ответит, но не врываться же без спроса.

— Отвалите! - слышу недовольный голос подростка, когда ударяю кулаком по третьей от лестницы двери.

— Никит, это я, - робко отвечаю, прикусывая губу. - Варвара Владимировна.

Возникает пауза, и я напряженно сжимаюсь. Представляю, как мальчику сейчас тяжело. Но и мне не легче.

— Вы тоже отвалите! - откликается, наконец, ребенок. - Идите ублажайте этого урода!

Тут я не выдерживаю и, забыв про свое решение не врываться без спроса, дергаю на себя дверь.

Она поддается. И я оказываюсь внутри. В довольно темной и чисто мальчиковой комнате.

Никита вскакивает с кровати. Он вновь оголен по пояс, а на бедра натянуты широкие спортивные штаны.

— Прости, - выдыхаю, и чуть отворачиваюсь. В свете открывшихся мне обстоятельств, считаю, что не должна смотреть на мальчика в таком виде.

— Уйдите! — шипит Никита. - Я не хочу никого видеть! Тем более вас!

Он снова переходит на более официальное общение, и мне это нравится. Подросток запутался, и это ясно. Рядом с ним просто нет взрослых, которые помогут разобраться.

— Послушай, Никит... - начинаю было, собравшись с мыслями.

—- Я же сказал - отвалите! Сгиньте все из моей жизни!

— У меня с твоим отцом ничего нет, ясно?! Нет и не будет. В школу я его вызывала из-за тебя, и сюда приехала по той же причине!

Да, я немного привираю. Но мне приходится, потому что объяснить все по-другому не выйдет.

Никита банально не поймет и не примет. К тому же, я не могу дискредитировать его отца. Их отношения и так непонятно на чем держатся.

— Поэтому таскаете на себе его футболку? — зло цедит мальчик.

Владимировна, - с презрением растягивает мое имя-отчество, — мне срать вообще! Ебитесь, сколько хотите!

— Никита! - взрываюсь от возмущения. Мои щеки при этом загораются красным. От стыда, конечно. И оттого, что тема поднимается весьма недетская. Да и в выражениях подросток не стесняется.

Мы смотрим друг на друга, пока я первая не прерываю накопившееся молчание:

— Мои вещи перепачкались в дороге.