Подчинись мне (СИ)

Забудь мое имя, - продолжает перечислять мужчина. - Сегодня ты потеряла право называться моей матерью. Я больше не хочу тебя видеть.

— Лучше убей тогда! - взвывает женщина.

— Убью. Если еще раз попытаешься избавиться от Вари, я...

— Мы просто хотели инсценировать ее побег, и все! Гарик отпустил бы ее, как только ты бы успокоился! Откуда мне было знать, что ты кинешься искать какую-то там девку?!

— Она не какая-то. Она моя. Запомни это. Заруби на своем носу, поняла?!

— Сынок.

— Семейный ужин окончен. Я забираю Никиту, и мы уезжаем.

Маргарита Анатольевна лишь больше заливается плачем. Она тянет руки к сыну, пытаясь ухватить его, остановить, но тот лишь с пренебрежением отталкивает мать.

— Пойдем, - обращается ко мне. - Нужно забрать Никиту.

— Хорошо, - киваю. Следую за ним.

А Маргарита Анатольевна, так и сидит на полу, уронив голову на руки.

На второй этаж поднимаемся молча. Когда Тимур останавливается у нужной двери, одергиваю его:

— Позволь мне поговорить с Никитой?

Абрамов вздыхает.

— Тебе ведь трудно принять правду? А твоему сыну вдвойне труднее. Ты пережил большое потрясение в девятнадцать, а Никита переживает его уже сейчас.

— Хорошо, - соглашается Тимур. - Кажется, я очень виноват перед ним.

Беру его лицо в свои ладони. Нежно улыбаюсь, желая забрать на себя хотя бы часть его терзаний.

Чтобы стало легче.

— У тебя еще есть время все исправить, - тихо произношу. - Начать с чистого листа никогда не поздно.

— Выходи за меня замуж?

— Что?

— Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

— Тимур... - выпуская из легких воздух и убираю руки.

Но Абрамов не дает мне этого сделать. Перехватывает мои ладони и прижимает их к своей груди.

— Ты нужна нам. Мне и Никите. Сам я не справлюсь...

— Справишься, - уверяю его с улыбкой. - Теперь, когда все встало на свои места, будет гораздо легче. Как я тебе уже говорила, ты проецировал чувства к Маше на сына. Ты делал это бессознательно. И теперь, когда его мать перестала быть для тебя отрицательным персонажем, а я на это очень надеюсь, ты позволишь себе испытывать любовь.

— Откроют.

— Тимур, - усмехаюсь, - ты просто неисправим!

— А ты слишком упряма. Отнекиваешься, точно я тебе снова трахаться предлагаю.

— А ты что предлагаешь?

— Другое. Как ты хотела. Ни тачку, ни бабло, ни трах. А это, - прижимает мою ладонь в области своего сердца.