Подари мне чешуйку

То есть домашние не жаловались и, кажется, вообще не заметили, зато я надышалась так сильно, что сразу помчалась на улицу. А оказавшись снаружи, взглянула на трубу и онемела. О, нет! Теперь о неудачном опыте узнает весь квартал…

Просто дым валил столбом и на фоне нежно-голубого неба выглядел особенно ярко. Это было так же заметно, как расцветающий в ночном небе салют.

Я прикрыла глаза и глухо застонала, а через миг дёрнулась, осознав, что на этом неприятности не заканчиваются. Магический фон, который я, разумеется, ощущала, повысился до невозможного уровня.

– Ы-ы-ы… – опять застонала я.

Зато появлению Томаса, который жил рядом и тут же примчался, ничуть не удивилась.

– Адель! – подскакивая и застёгивая на ходу манжеты рубашки, воскликнул парень. – Что происходит?

Я сделала страшное лицо и не сказала. Ну а смысл говорить? Ведь и без слов ясно, что кошмар.

Томас отнёсся к реакции с пониманием – поджал губы и застыл рядом, готовый оказать посильную помощь. Всклокоченный, что подсказывало – парень только-только проснулся. И из дома выбегал так быстро, что даже ботинки ещё не зашнуровал.

Несколько минут мы стояли, смотрели на дым и ощущали ну очень высокий уровень фона. Потом сосед спросил:

– Папа дома?

– В командировке, – ответила я. – Вернётся нескоро.

– Хм, уже что-то. Может и обойдётся?

Неа. Не обошлось.

Едва я выдохнула, успокаиваясь и призывая себя к оптимизму, рядом сверкнула серая молния.

Три мага в серых мундирах шагнули из воздуха на тротуар и замерли, взирая на происходящее – то есть на нас с Томасом и столб ярко-оранжевого дыма. Предводителя троицы я знала, мы встречались при схожих обстоятельствах, и это вызвало желание уже не застонать, а натурально взвыть.

– Леди Аделаида? – позвал офицер.

Я с величайшим трудом натянула на лицо беспечную улыбку и откликнулась:

– Мм-м?

– Леди Аделаида, будьте добры объясниться, – буркнул офицер хмуро.

Пришлось повернуться, сделать книксен и, мысленно убеждая себя, что всё в порядке, ответить:

– Дым – это оттого, что я чай неудачно заварила, а магический фон… у папы сработал какой-то артефакт.

– Ясно, – Фокас, само собой, не поверил.