Под прицелом моего сердца

— Емельян, — заставила я себя выговорить, — Это правда? Правда, что мне рассказывает этот человек?

— Смотря что, Золотце, — напряженно проговорил Сургут.

— Ты использовал меня? — спросила я, глядя, как Ершов звонит по телефону.

— Таким был изначальный план, — спустя мгновение и один глубокий выдох, ответил Емельян, — Но потом все изменилось. Ты моя. Я тебя не отпущу.

— Ты всегда так говоришь, — устало проговорила я, — А ты? Ты мой, Емельян?

— Да, золотце, — услышала твердый ответ Сургута.

— Тогда почему ты мне раньше ничего не сказал? — прошептала я с упреком.

— Сядь, золотце, — спокойно распорядился Сургут в телефон, — Ты заслоняешь обзор.

— Что еще я не так делаю? — устало поинтересовалась я. Посмотрела на брата, тот как-то напряженно осматривался по сторонам, будто чуял, что Емельян рядом. А Ершов, вальяжно откинулся на спинку стула, и с превосходством смотрел на меня.

— Спасибо, Злата Аркадьевна, за помощь, — довольно проговорил Ершов, — Сургутова вот-вот возьмут мои люди.

— Емельян, беги! — прошептала я в телефон.

— Золотце, все хорошо, — поняла, что Сургут улыбается, — Ершова возьмут, как только он выйдет из ресторана. Его людей уже взяли. Я в порядке. Я все тебе потом объясню.

— Не буду вас больше задерживать! — радостно проговорил Ершов и встал из-за стола, — Мне пора. Дела.

Ершов ушел, а я осталась стоять между окном и братом.

— Золотце, отодвинься, пожалуйста, — попросил Сургут в телефон.

— Зря ты так, — задумчиво протянул брат, откидываясь на спинку стула, и глядя на меня, — Если он меня застрелит, то сразу же подохнет. Готов спорить, что он на крыше в здании напротив. Так его уже засек мой человек, и он выстрелит сразу же, если я не сделаю звонок в течение двух минут после ухода Ершова.

— Злата, стой спокойно и не шевелись, — попросил Сургут, — Через пару секунд все закончится.

Думать времени не было. Оставался только один выход. Несмотря на предательство Емельяна, я ведь любила его и не могла позволить умереть.

— На счет три, золотце, я стреляю, а ты ложись, на всякий случай, идет? — тихо проговорил Сургут.

— Идет, — шепнула я.

— Один, два, — считал Емельян, а я, зажмурившись, приготовилась действовать, — Три! — скомандовал Сургут, а я сделала шаг.

Сквозь непонятный гул в ушах, услышала звук разбивающегося стекла.