Под прицелом моего сердца

— За знакомство мы не пили, — напомнил он мне, и, отсалютовав, выпил свою порцию до дна, — Что смотришь? Пей! — подбодрил меня парень. Послушалась. Выпила и принялась ужинать.

— По поводу странной реакции я не шутил, — спустя пару минут, проговорил Емельян.

Замерла, так и не прожевав кусок.

— И насколько странная? — полюбопытствовала я. Сургут пожал плечами.

— А вот это останется загадкой, — весело улыбнулся он, — Пока.

Глава 4. Злата

Странная реакция Емельяна на алкоголь не появлялась. Зато, судя по внешнему виду, парень согрелся, появился румянец на щеках, халат на груди распахнулся.

Передо мной появилась вторая рюмка с коньяком.

— Я ведь тебя предупреждал, да, золотце? — растягивая слова, пробормотал Емельян, выпивая вторую рюмку. На этот раз парень не закусил, только подперев ладонями подбородок, пристально посмотрел на меня.

— Да, предупреждал, — кивнула я, — Чай налить?

— Налей, — согласился Емельян, — Крепкий, заварку прямо в чашку кинь.

— Я знаю, — оглянулась через плечо, стоя спиной к парню. Грязную посуду составила в раковину, собираясь вымыть ее позже, как только выпьем чай.

— И почему ты такая? — задумчиво пробормотал парень. Удивленно посмотрела на него, приподняв брови вверх.

— Какая? — спросила я, ставя перед Сургутом чашку крепкого и горячего чая.

— Не боишься меня, — продолжал говорить Емельян. А я постаралась спрятать улыбку. Значит, он ожидал, что я буду прятаться от него в каком-нибудь углу? Размечтался!

— Емельян, — вздохнула я, копируя его позу. Мы сидели друг напротив друга, опираясь подбородками на ладони и глядя друг другу в глаза.

— Да, Злата? — проговорил он.

— Я не боюсь тебя, — честно призналась я, — Скорее наоборот.

— Ага, — кивнул он.

Игра в 'гляделки' затянулась. Взгляд приклеился к губам Сургута. Вот бы прикоснуться к ним, ну, даже не поцеловать, а просто провести рукой. Почувствовать их. И будто прочитав мои мысли, Сургут наклонился вперед. От неожиданности я застыла, боясь пошевелиться. Увидела, как Емельян протянул руку к моей щеке, вернее к лиловому синяку.

— Я бы грохнул его еще раз, — пробормотал он.

— Кого? — шепнула я, не шевелясь.