Под крылом дракона

Ну а больше у тебя и нет ничего. Пустая оболочка с бессмысленным взглядом…

Не знаю, как долго я просидела вот так: вцепившись зубами в собственную руку, ничего не замечая вокруг.

Я очнулась в том же переулке — мокрая с головы до ног, дрожащая от холода. Кисти рук онемели, веки опухли от слез.

Ступни, не спасенные старыми кроссовками, заледенели так, что уже не чувствовались. Дождь все не кончался, и холод неприятными скользкими змейками вползал вверх по бедрам, забирался под рубашку. Я закрыла глаза, не пряча лицо от жестких ледяных струй.

Я умру здесь?

Хотя какая разница… Не в этой подворотне, так в каком-нибудь другом месте.

Домой путь закрыт. Рано или поздно меня схватит Барух — так не лучше ли умереть сейчас, чем сгнить у кого-нибудь в рабстве или в застенках Инквизиции? Я не знаю, что такое пытки, и, видит Бог, не хочу знать.

Джалу больше нет, Лис. Нужно смотреть правде в глаза: твой хвостатый «Чип и Дейл» не примчится на помощь…

Теплый маленький комочек на груди завозился.

Он ведь тоже умрет.

Неожиданная мысль раскаленной иглой пронзила мозг. Может быть, надо мной, как в страшных легендах, висит проклятие? И всех, кто мне дорог, должна постигнуть гибель? Темка, Джалу…

Я вздернула подбородок, сцепив зубы до хруста в челюстях.

Нет! Не допущу! Не позволю еще одному дорогому мне существу погибнуть!

С меня словно спала паутина оцепенения. Я зашарила глазами, ища укрытие. Оно нашлось — под широким оконным козырьком на противоположной стене.

Прижимая Хууба к груди, я быстро перебежала на сухой клочок земли, но и здесь ледяные струи дождя не оставляли в покое, прицельно метя в лицо и обнаженные озябшие руки.

В переулке почти никого не было. Редкие прохожие, прячась под зонтиками, быстро проходили мимо. Я попыталась отогреть мышонка дыханием, но зашлась сухим болезненным кашлем.

Мы замерзнем… Это так глупо, учитывая, что я, вопреки всему, решила жить.

В голове крутилась неясная мысль — какое-то воспоминание. Оно было расплывчатым, но определенно связанным с теплом.

Нет, не так… с огнем! Теперь мысль была четкой.

А, саламандр-р-ра! Выбора все равно нет.

Сложив ладони ковшиком, поднесла к лицу.

«По венам пламя… Зри!» — слова будто бы сами сорвались с губ.