Под крылом дракона

Джалу похлопал глазами, я с удивлением обнаружила, что у него длинные и пушистые, как у теленка, ресницы.

— Извра… кто? — В голосе прорезались нотки настороженности.

Я объяснила коротко, доходчиво и не скупясь в выражениях.

Несколько секунд мужчина беззвучно открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба, потом от бледных Щек его отхлынула кровь, а еще через секунду они пошли нездоровыми красными пятнами.

— Что?! Да как ты… как ты смеешь?!

Будто ужаленный скорпионом, Джалу подскочил с кресла и заметался по комнате.

Я следила за ним краем глаза, одновременно пытаясь продумать пути отступления. Единственным выходом из помещения служила массивная деревянная дверь, окованная железом, с тяжелой даже на вид ручкой-кольцом. Неужели этот сумасшедший притащил меня в развалины какого-то замка? Лихорадочные попытки вспомнить исторические достопримечательности в окрестностях города позорно провалились.

— Раздави Ваал Гал мой хвост! — вопил тем временем мужчина, не переставая мерить комнату широкими шагами и потрясать воздетыми к потолку руками.

Из всего сказанного я поняла лишь про седины, коих в длинных, чуть растрепанных волосах мужчины не наблюдалось.

Я вздрогнула, когда, потревоженные криками, замелькали черные крылатые тени на стенах — летучие мыши.

Джалу обессиленно рухнул в кресло. На меня он не смотрел.

— Я не извра… — мужчина запнулся, продолжил с трудом, — не извращенец, мальчик.

Пришел мой черед хлопать глазами. Снова припомнился недавний бред с проломленной стеной, крылатым ящером… мертвым Джастином.

— Хорош заливать, — процедила я сквозь зубы, — я в сказки не верю!

— Мы не в сказке, мальчик, — тихо произнес мужчина. — Если свернуть тебе шею, ты умрешь.

Я сглотнула, проследив за его взглядом. Он смотрел на мое горло, хищно сузив желтые глаза.

— Только попробуй меня хоть пальцем тронуть! Маньяк, псих ненормальный!

Кто-нибудь, пожалуйста, закройте мне рот! Лицо мужчины исказилось гневом, и я сжалась в кресле, чувствуя себя маленькой и беззащитной.

— Ну, хор-рошо… — Мне показалось, или в голосе явственно послышалось рычание? — Ты сам захотел.

Тени на стенах вдруг замерли, скованные первобытным ужасом. Даже блики огня перестали метаться, застыли причудливыми узорами, словно боялись привлечь к себе внимание.