Плохое воспитание

– Что?

– Ну, я до сих пор не могу забыть те фотографии… Может быть, если нам нельзя заниматься нормальным сексом, сделаем это по видеосвязи? – в глазах собеседника полыхнул огонь.

От его внимательного откровенного взгляда по позвоночнику пробежал ток, стекаясь к самому сокровенному месту.

– Хорошо, – прошептала, еле дыша, – Только сперва ты продемонстрируешь себя во всей красе. И если это зрелище произведет на меня впечатление… – я облизнула пересохшие губы.

– По рукам, – в ту же секунду Гвидон избавился от простыни, представив моему взору идеальное обнаженное тело.

– О-у… – неловко захихикала.

Между ног всё напряглось, стоило увидеть крупным планом его пробуждающийся член.

– Теперь твоя очередь, котенок. Порадуй его, покажи сиси, и тогда он поднимется на всю длину.

Сосредоточившись на сексуальной энергии, исходящей от экрана, я медленно стянула пижамный топ, перекинув волосы через плечо.

– Твою мать, Ассоль… – пальцы Гвидона хаотично двигались по стволу, а глаза дичайше вылизывали мои прелести.

"Не переставая таращиться, мужчина широко раздвинул ноги, с легкой улыбкой на губах демонстрируя, что его боец окреп, возвышаясь до пупа.

Ох, черт. В эту секунду ладонь непроизвольно потянулась к резинке пижамных шорт. Сжав набухшие складки, с моих губ сорвался тихий сдавленный стон.

– Хочешь, я прямо сейчас перелезу через забор и проберусь к тебе в спальню?

С мучением наблюдала, как его грудь покрывается испариной.

Да. Да. Да. И мы будем трахаться всю ночь, как заведенные.

– Нет. Уговор дороже денег… – пробормотала севшим голосом, потому что Гвидон поднес камеру прямо к своему большому толстому стояку.

– Тогда покажи, как ты ласкаешь себя, когда думаешь обо мне… – от нарастающих эмоций внизу живота, мои щеки стали ярче ранеток.

– Стяни шорты и раскройся. Отбрось стыд. Просто представь, что это мои губы покрывают тебя жадными поцелуями. Знаешь, что я сделаю первым делом после того, как неделя воздержания подойдет к концу? Устроюсь промеж твоих стройных ног и хорошенько покусаю.

Соски затвердели от нарастающего возбуждения. Его тихий охрипший голос приятной вибрацией отдавался внизу живота.

– Что еще мы будем делать, когда неделя подойдет к концу? – медленно приспустила шортики.

– Отпразднуем безудержным трахом, и я больше никогда тебя не отпущу, – его слова затронули особые струны сердца.