Плохое воспитание

– Да что тебе надо, Артур?! Оставь меня в покое!

– Только после того, как докажу – твой Царев конченый урод! Вот тогда можешь катиться на все четыре стороны, дура неблагодарная!

– А ты паразит! Хотел устроиться за счет других?! Не вышло! – сунула средний палец ему в лицо. – Ну, хорошо, – добавила вдруг практически равнодушно. – Даю тебе на это ровно пять минут. Время пошло. – Я улыбнулась, хотя впервые в жизни хотелось смачно плюнуть брату в лицо.

– Ты ещё тысячу раз пожалеешь, что упустила Харриса! С его связями могла бы распивать чаи с королевой Елизаветой II… Очень скоро будешь локти кусать, Ассоль.

– Это ты мечтал распивать с ней чаи, и с Агнией, когда она была падчерицей олигарха Царева, хотел породниться только потому, что уже тогда знал – бизнесу папаши крышка! Но, о ужас, тебя постигла неудача! Тогда ты решил во что бы то ни стало не упустить Уинстона, а на мои чувства вам было плевать…

Вместо ответа Артур приподнял уголки губ, обнажив идеально белые зубы. Как умело он притворялся любящим братом и другом Харриса все эти годы, советуя нам не затягивать со свадьбой.

К этому моменту мы пересекли тропинку, ведущую к одному из гостевых домов. Сердце с каждым шагом подскакивало всё сильнее. Не хотелось думать о картине, которую я могла там лицезреть…

– Не шуми, а то спугнем голубков! – прошептал мой спутник, аккуратно открывая входную дверь.

Мы оказались в просторном темном помещении гостиной, обставленной, как и все здания на территории поместья, с огромным вкусом и помпой. Внутри было подозрительно тихо. С каждым новым шагом дыхание сбивалось, но я уверенно следовала вперед, понимая, что больше не боюсь смотреть своим страхам в лицо.

Это моя жизнь, и только от меня зависит, чем она будет наполнена – любовью или вселенской тоской.

– На месте! – Артур хохотнул, толкая дверь в спальню.

Я зажмурилась, от волнения цапнув нижнюю губу.

– ЧТО ЭТО, БЛ*ТЬ, ТАКОЕ?!

Его низкий гортанный рев заставил меня моментально распахнуть глаза. И шокировано захлопнуть их снова.

Мама…

Вернее, женщина, не слишком удачно справлявшаяся с её ролью на протяжении долгих лет, извивалась в одном кружевном белье, прикованная игрушечными наручниками к изголовью кровати. Во рту у нее находился кляп.

– Мама, мамочка… – Артур суетился вокруг, пытаясь отыскать ключи.