Пленница

Его нервные движения отдаются внутри болью. Святоша швыряет все это в мойку и бормочет:

- В пизду.

И тянется за водкой. Меня сковывает такой сильный ужас, что я слова не могу сказать.

- Ты молитвы свои знаешь. Давай, читай их, если правда веришь. Иначе зачем они нужны?

Исса опускается в кресло и трет лоб. Достает четки свои дурацкие, устало роняет их. Тянется, а потом, словно забив, так и оставляет их лежать на полу. Закуривает.

- Бред. Это не может быть он. Он не убиваемый.

Савелий смотрит в одну точку и проговаривает:

- Его одежда и его документы.

- Это не может быть он. Ты его точно видел? - Я не могу произнести слово «тело».

Святоша кивает.

- Ждем экспертизу. - Он достает мобильник из кармана и кладет на столик перед собой. - Без нее там... сложно понять.

- По отпечаткам пальцев?

- По снимку челюсти. Мы уже запросили карточку в стоматологии.

Я сажусь на пол и вцепляюсь в волосы. Бред-бред-бред.

- Как это случилось? Почему?

- Сделка была на полтора лярда, - повторяет он ту же самую фразу, с которой начал разговор, будто она все объясняет.

- Зачем им гарант? Я не понимаю.

- Все друг дружке немножко не доверяют, что ожидаемо, учитывая масштабы сделки. Деньги, рыба моя. Бешеные бабки. Все сомнительные события в этом мире, так или иначе, сводятся к бабкам. Нашу структуру раскрыли, Адаму предложили компромисс, нельзя было отказаться. По условиям соглашения, они закрывают глаза на наши операции, если он интегрируется в их систему.

- Ограбление? Серьезно? Просто тупой налет?!

- За налом. Ворвались типы в масках. Нотариуса ранили. Сумки забрали. И Адама. Утром его нашли. - Он отводит глаза.

- Бред. Я хочу его увидеть. - Хватаю сумку, готовая ехать. - Я не верю. Ты понимаешь, я бы почувствовала.

Исса перехватывает мою руку и сильно сжимает.

- Успокойся. Ты его не узнаешь.

- Да пошел ты! - кричу я. - Пошел ты на хрен! Он же приезжал вчера, ты понимаешь? Он собирался отель второй доделывать, чтобы сеть была! Я его вчера этими руками трогала!

- Рада.

Я качаю головой и вырываюсь.