Пепел

Черноволосая леди осталась совсем одна, но, тем не менее, в её глазах не блестел предательский огонек, возвещающий о скорой сдачи. Маг не могла позволить себе отступить перед каким-то жалким волшебником, одетым в нищенские обноски. Если она сможет одолеть его то, возможно, справиться и с остальными.

— Буран!

Посох, украшенный кристаллом, описал широкую, волнистую дугу, и в сторону Эша устремилась пурга, состоящая из мириад тонких, крепчайших и острейших игл. Волшебник не двинулся с места. Он ударил посохом о землю и все иглы, что находились перед ним, истаяли, а остальные с треском вонзились в деревья за спиной магика.

Тем не менее, леди успела выиграть время на сотворение одного из своих самых опасных заклинаний. Девушка вычертила кристаллом последнюю руну и Слово, застывшее прямо в воздухе, засияло страшной синевой. Маг вонзила посох в землю и от его основания стали расходится ледяные волны. Они замораживали все, чего только могли коснуться.

Алиса и Мери с трудом втащили бледнеющего Лари в повозку, со страданием смотря на Мервина.

Тот вопил все сильнее, когда лед сковал не только его руку, но и ноги. Сгибаясь от пульсирующей боли, Мочалка все еще сжимал рукой секиру. Он не мог позволить себе лишиться оружия — он должен несмотря ни на что прикрывать Тулепса, ведь, кто знает, быть может в лесу притаился пятый «рэккер».

Вскоре вся поляна превратилась в ледяную пустошь, а деревья в огромные сосульки. И среди льда красовался небольшой пятачок сухой травы, на котором стоял Эш.

Маг, не обращая внимания на то, что её соперник вновь уцелел, продолжала творить волшбу.

Леди воплощала ледяные серпы, разбивающиеся об огненную стену; она отправляла в бой снежные метели и бураны, припорошившие снегом лес, но не задевшие глуповатого магика. Девушка старалась изо всех сил, превращая небольшую рощицу в филиал вечной мерзлоты.

От холода у Мери изо рта вырывалось облачко пара, а руки посинели и задрожали, но Эш, стоя в своих обносках, не испытывал ни малейшего дискомфорта.

Он лишь продолжал стучать посохом о землю, развеивая одни заклинания за другими. Каждый раз он оказывался сильнее вражеских чар, всего на капельку, лишь на неуловимую долю, но сильнее.

Маг тяжело дышала. Ноги черноволосой начали труситься, а из носа забила кровь — признак магического истощения.

— Лав-в-ви-н-на!

Леди ударила посохом о ледяную корку, покрывшую землю, но ничего не произошло. Сил уже не осталось на воплощение очередного заклинания.