Пепел

Невысокого роста, в каком-то синем балахоне, сандалиях, сделанных из дерева и конопляной веревки, он, впрочем, поражал своей ощутимой силой. Этого не могли умалить даже деревянные четки, зажатые в правой руке.

Сам не зная почему, Эш криво улыбнулся, глядя на бритую, лысую голову странного человека, чьи глаза больше напоминали узкие щелочки, а кожа отливала неподдельной желтизной.

— Как ты меня заметил? — прозвучал высокий, даже несколько писклявый голос.

— Скорее — когда, — хрипел юноша, безразлично вглядывающийся в темные, почти черные глаза-бусинки.

 — Еще пару месяцев назад я приметил тебя в тенях. Ты следовал за нами.

— Нет, — покачал головой, простите за несвоевременный каламбур — странный странник. — Не за вами, — пояснил он. — Только за тобой.

Эш замолчал, а потом, сплюнув кровь, решил повторить заученную шутку.

— Извини — ты не в моем вкусе.

Низенький мужчина промолчал, разглядывая умирающего волшебника.

— Ты знаешь, — как-то странно, словно задумчиво, но в то же время спокойно произнес он.

 — Мне приказали убить тебя. Я спустился с гор, оставив монастырь и братьев, прошел через самые дикие и страшные земли, рассчитывая встретить достойного противника. Я думал, что не даром прошел через испытания, начертанные на свитке моей судьбы самим Ляо-Фень. Но что я увидел? Лишь юнца, не справившего даже двадцатую зиму.

— Ты знаешь, — передразнил умирающий Эш, удивляясь тому, что он, оказывается, вообще умеет так. — Я тут немного помираю и совсем скоро не смогу слушать твои речи.

"

"— Мне бы стоило убить тебя немедля, — странник проигнорировал генерала, внушающего ужас пяти королевствам. — Но я решил иначе. Я ждал и наблюдал, как и велит завет небесного мудреца. Я жаждал увидеть тьму в твоем сердце, но вместо неё я видел лишь черноту. Черноту абсолютной пустоты. Возможно мне действительно стоило тебя убить, но я продолжил наблюдать.

— Любишь поговорить, — хрипел волшебник, ощущая холод в ногах. — Совсем как учителя во дворце.

— Что ж, я был вознагражден за свое терпение, — и эта реплика, судя по всему, осталась незамеченной.

 — Мне довелось наблюдать за тем, как человек раскрывался, подобно бутону цветка. Я видел, как ты спас жеребенка, как вложил в руку девушке гребень, как подкармливал детей, и как решительно освободил пленных. В тот самый миг я понял, что не имею права судить того, кто еще не родился. Именно поэтому, мудростью Ляо-Фень, я дарую тебе шанс на рождение и шанс на смерть.