Парижский десант Посейдона

Собственно говоря, именно упомянутая вами набережная Анатоля Франса и станет местом пристального внимания вашей победоносной группы.

Посейдон отрывисто кивнул – возражать не было никаких оснований. Тем более что он уловил плохо скрытый сарказм. Всем своим видом капитан показывал, что ждет дальнейших инструкций.

Клюнтин утопил кнопку в тумбе стола, и позади него разъехались шторы. На месте привычного экрана оказалась карта Парижа – точнее, только один фрагмент. Тот самый знаменитый музей д'Орсе с импрессионистами.

– Будем брать живопись? – с интересом осведомился Посейдон, позволяя себе некоторую вольность."

"– На кой она нам сдалась, – отмахнулся Клюнтин. – Берите, впрочем, если время останется... Нас интересует не сам музей, а вот этот особнячок неподалеку. Просто сказка, согласны? Чудо, а не особнячок.

– Понятно, – кивнул Каретников.

– В этом особняке окопался один древний гад. Старый фашист, врач-преступник. По нему давно плачут виселица, газовая камера, пуля и электрический стул – все сразу, вместе взятое, но лучше бы поочередно.

Его зовут Валентино Баутце. Но и он нас не слишком интересует, пусть им занимаются израильтяне... Только не позволяйте им путаться у вас под ногами!

– Не позволим, товарищ генерал-майор.

– К тому же мы подозреваем, что они охотятся не только за этим эсэсовцем, но и за тем же, за чем и мы.

– А за чем охотимся мы?

– За документацией этого мерзавца. Валентино держит в сейфе важные документы, имеющие непосредственное отношение к событиям на острове Коневец.

И к эсминцу «Хюгенау», конечно. Как они к нему попали – это еще только выясняется. Зачем они ему понадобились, мы выясняем тоже. На сей счет, кстати, имеются определенные соображения, но это уже вопрос не вашего уровня.

Посейдон обнаглел и спросил напрямую:

– Не он ли направил на остров немецкую группу? И не с ним ли будет искать связи Гладилин?

Генерал-майор Клюнтин поджал губы и неприязненно посмотрел на капитана поверх очков.

– Вы можете строить любые гипотезы, товарищ капитан, – ответил он сухо.

 – Вопрос, повторяю, не вашего уровня.

Каретников задумчиво побарабанил пальцами по столу.

– Странно, – пробормотал он.

– Что вы находите странным?

– Да так... Особняк, набережная... Почему «Сирены»? Это вполне сухопутная операция. Тот же Маэстро справится куда эффективнее.

Клюнтин усмехнулся:

– Как же вам хочется заняться Гладилиным, капитан... Это плохо. Личные амбиции в нашей работе противопоказаны.

– Личная неприязнь, товарищ генерал-майор.