Паук

Я дам знать, что делать и… — его пальцы властно захватили мой подбородок, — не вздумай нарушать мои условия.

После этих слов мужчина не спеша освободил мои запястья и уверенным шагом покинул кабину. И только когда я услышала, что дверь за спиной закрылась, позволила себе снять повязку. Только когда пространство освободилось от его тяжелой энергетики, я осознала, что даже не озвучила свою проблему а уже согласилась на договор, который оплатит ее решение.

Сердце лихорадочно забилось в груди… Значит, он все знал! Стало по-настоящему страшно — что же это за человек?

Глава 1

— Суд постановил: Тереева Михаила Константиновича признать виновным в совершении преступления предусмотренного частью первой статьи 105 уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на семь лет, с отбыванием в исправительной колонии общего режима…

Первые секунды самые страшные.

Глядя на брата сквозь пелену горячих слез, я закрыла рот дрожащими руками не в силах справиться с лавиной эмоций. Душераздирающий вопль мамы лезвием пробрался в сердце и буквально выдрал меня из шока. Ее искажённое лицо намертво врезалось в сознание, как и опущенная голова папы, что сдерживал скупые слезы кулаком.

Мы не были готовы к этому. К этому просто невозможно быть готовым! До последнего верили, что правосудие разберется. Но подонки сделали все, чтобы засадить его.

Вокруг поднялся гомон, сочувственные вздохи, недоумение… И только Миша знал, что так будет. Это было видно по его глазам, отражающим лишь хладнокровие и тяжесть. Он достойно принял приговор. Возможно, потому что так и не смог смириться со своим грехом.

В какое-то мгновение брат бросил взгляд исподлобья куда-то в конец зала и сразу поменялся в лице. Черты ужесточились, а карие глаза отразили стальной блеск. Я машинально повернула голову и оцепенела, увидев солидного мужчину, что стоял у выхода.

Шакал… Теперь передаст своим хозяевам, что черное дело сделано!

Когда клетка открылась, и конвой повел брата на выход, мама не выдержала. На грани отчаяния бросилась к нему, не думая о последствиях.

— Миша, Миша!.. Сынок.

Мы с папой не успели остановить ее, и один из конвоиров сделал это за нас, довольно небрежно отпихнув женщину.