Паук

Пальцами коснулась лица и медленно спустилась ладонями от шеи к ключице. Но пришло время исследовать себя ниже, и я неловко переместилась на грудь… Обвела упругое полушарие одной рукой, а второй проследовала вдоль талии.

Мне казалось я все делала очень неумело, глупо и от этих мыслей мандраж становился только сильнее. Хотя возможно большую роль играло то, что я была обнажена, не могла видеть и чувствовала себя особенно беззащитной!

Именно тогда я впервые пропустила дикое желание узнать, почему он не позволяет мне себя увидеть?!

Некоторое время ладони танцевали на теле в несвязном рисунке.

Ничего не ощущала. Никакой ответной реакции. Как будто все это делала машинально.

— Какая робкая, — снисходительно заметил Арбатов. — Ты же вроде не девочка, а красивая?

Да, я не была девственницей. Но и опытом похвастаться не могла.

Но я не собиралась откровенничать на эту тему с каким-то бандитом! И думать о том, как он об этом догадался, тоже не собиралась. Только и выдавила глухое:

«Нет».

Шумный вдох раздался в пространстве, прежде чем я услышала, как он поднялся, и в мою сторону начали приближаться уверенные шаги.

Запах бандита, точно предупреждение, окружил меня и, не выдержав, я отступила на шаг, но тут же ощутила силу мужской руки в своих волосах. Чуть не врезалась в жар чужого тела, но вовремя уперлась ладонями в крепкую грудь. Или скорее в район солнечного сплетения.

Господи, какой же он здоровый!.. Как будто скульптуру трогаю — каждый мускул выделяется!

— В твоих интересах схватывать экстерном суть своего положения, — бросил он замечание, обдав бархатным дыханием мое лицо.

Я непроизвольно сглотнула от этих страшных слов и от того, что моя мысль невольно укрепилась… Он берет плату. Не знаю, что именно привлекло Арбатова во мне, но все это была большая игра! А я в ней играла роль единственной ставки.

Горячая ладонь скользнула по позвоночнику и надавила, заставляя меня куда-то идти.