Папа с прицепом

Забежать в дежурку, сдать пистолет и домой! Спать хотелось неимоверно. А еще хотелось отмыть с себя пот, так липко под мышками и на спине, да и носки от пота почти мокрые. В душ, потом выпить водки, поесть горячих мясных щей, добраться до кровати и упасть мертвым сном часов до шести утра, хотя бы до шести. Но когда раздался звон разбиваемого стекла где-то над головой, когда на газон упала и разлетелась на несколько частей стеклянная ваза, участковый интуитивно понял, что где-то беда. Слишком характерные признаки, слишком большой опыт был у Андрея Великанова.

Майор сразу отступил на несколько шагов в сторону и, задрав вверх голову, стал смотреть на окна. Вон окно на шестом этаже, и свет горит, и дыра в оконном стекле видна хорошо. И даже чьи-то торопливые руки задвинули гардины, и кто-то свет потушил.

Великанов, уже не раздумывая, напрочь забыв об усталости, бросился к подъезду. Что-то в случившемся говорило ему об отчаянии, участковый просто физически чувствовал беду, которая гнездилась там, в квартире шестого этажа. Лифт был свободен. Притоптывая от нетерпения ногой, майор ждал, пока кабина доползет наконец до нужного этажа. Когда двери лифта распахнулись, он выскочил наружу и тут же стал озираться, пытаясь определить, какой квартире принадлежит окно, из которого вылетела ваза.

Женщина с мусорным пакетом не спеша спускалась к мусоропроводу. Увидев полицейского, да еще с таким возбужденным лицом, она замерла месте.

– Скажите, кто живет в этой квартире! – потребовал Великанов, ткнув пальцем в сторону железной двери. – Вы знаете жильцов?

– А что случилось? – сразу испугалась женщина и зажала рот рукой. – Нина там живет. Одинокая.

– Кто у нее бывает, приходят к ней гости?

– Да не знаю, – стала отступать назад по ступеням женщина.

– Беда там, понимаете! Звоните к соседям! Вы их знаете, знакомы с ними?

Понимая, что на счету каждая секунда, Великанов бесцеремонно подтащил женщину к соседней двери и нажал на кнопку звонка. Сейчас важно, чтобы люди, от которых он ждет помощи, знали друг друга. Он хоть и в форме, но он тут чужой.