Отвергнутые жёны, или Амазонки поневоле

На этот раз заграница нам не светит. Едем в родные леса, там нашли какие-то захоронения, где есть останки животных, с нас анализ.

- Здорово, - улыбнулась я, - Киру не помешает познакомиться с нашей природой и язык подтянуть.

- А ты сама не филонь, - перебил меня Сеня, - учи Тарзана быстрей. Вот тебе, кстати, материалы, - он протянул небольшую флешку, - на ней обучалка для детей. Алфавит и всё остальное.

- Геннадий Петрович, имя Киру можно сохранить? Не хочу, чтобы его назвали Васей или Колей.

Шеф кивнул:

- Всё останется как есть.

Фамилию тоже придётся оставить. Так что быть тебе госпожой Томитен. Мы же официально меняем гражданство, а не лепим очередную «липу». Так-то, - шеф хитро подмигнул.

- Неважно, - махнула я, - главное — не придётся бояться, что Кира депортируют.

Документы были готовы через две недели. За это время мы подготовились к поездке, а Кир основательно подтянул русский. Женя говорил, что у него неплохие способности к языкам.

На этот раз путешествовали на новеньком автодоме, большом и удобном.

Багаж был в отдельном пикапе, который вёл сам шеф. Я день за днём знакомила Кира с нашей природой. Густыми хвойными лесами, рощами могучих дубов и тонкоствольных красавиц берёзок. Пугливыми оленями, настороженно выглядывающими из чащи. Белками, забавно скачущими по веткам. Певчими птицами, что пробуждали нас своими трелями. Пахучей земляникой и вкусными грибочками, которые Кир очень оценил.

Такая жизнь была по мне. Рядом любимый человек и коллеги, давно ставшие добрыми друзьями.

Любимая работа, путешествия. Что будет впереди, нам неведомо, но верю в одно. Наша с Киром любовь будет сильна в любом из миров, в любой Вселенной и Галактике.

Только теперь я и на километр не подойду ни к одному колдуну или шаману.

Эпилог

Над океаном вставало палящее тропическое солнце, неся с собой удушливую жару. Но пока оно не вошло в силу и прохладный бриз ласково гладил щёки, трепал прядки волос. Это был мой устоявшийся утренний ритуал: чашечка кофе с апельсиновым соком и уединение с природой.

После городских будней никто не тревожил меня в это время, даже дети.

Легки на помине, улыбнулась я про себя, заслышав лёгкие шаги Евы, назвали её так, потому что она первое дитя двух миров. Значит, её неугомонный братец ещё спит.

- Мама? А мне с тобой послушать можно?

- Что послушать? – Обернулась я к своей семилетней крохе с тёмно-каштановыми волосами и невероятными сапфировыми глазами, как у отца.