Отморозок 2

Я пока работаю жестко но, по правилам, хотя уже думаю об ответочке. Пропустив удар в голову, делаю вид, что «поплыл» и немного опускаю руки, открыв голову, но помня о прижатом подбородке и поднятых плечах. Тима заглатывает наживку и азартно кидается меня добивать. Вот тут то, я, убирая голову назад отшатыванием, вскидываю левый локоть острием вверх, так что перчатка смотрит вниз, вроде испугался и хочу прикрыться. Тима в азарте влетает челюстью под удар локтем снизу и уходит в аут. Останавливаюсь, тяжело дыша, и опускаю резко потяжелевшие руки.

— Вы что, блядь, совсем охренели, бои без правил тут устраиваете! Что на больничку лечь хотите, а меня в тюрьму загнать?

— Все нормально Иваныч, не хипешуй — Тима садится на задницу, глаза у него еще мутноватые — я сам кинулся вперед, вот и нарвался.

— Тима, вот зачем мне это надо? Это уже не бокс. Вы тут вдвоем форменную драку устроили — продолжает возмущаться Иваныч

— Все, все, Иваныч. Мы поняли, немного увлеклись, с кем не бывает.

Тима легко встает на ноги, как будто и не лежал, раскинув руки, еще несколько секунд назад. Он обнимает худенького жилистого тренера одной рукой за плечи и что-то успокаивающе шепчет ему на ухо. Я вклиниваюсь в разговор и тоже пытаюсь оправдаться

— Виктор Иванович, мы, и правда, не специально, так вышло.

— Ладно, хрен с вами, — Виктор Степанович машет рукой и громко объявляет — Все, стоп на пока. Перерыв десять минут.

Тренер уходит в свою комнатку, а вокруг нас сгрудились остальные участники сегодняшних боев. Те, кто постарше смотрят больше с осуждением, а те, кто помоложе больше с восторгом

— Парни вы действительно поосторожней бы работали, голова то у вас не казенная, так в нее получать — говорит высокий жилистый парень в красной майке. — В ней же мозг.

Это Коля Слепнев, он студент пятого курса в политехе. Хороший такой рассудительный парень, и очень неплохой, кстати, боксер, техничный и думающий.

— Все нормально Коляныч — Тима подмигнул Слепневу — дай я пока с молодым перетру.

Он повернулся ко мне, и дружелюбно протянул правую руку в перчатке с предложением на мировую

— Я не в обиде, в дружеском бою, мало ли, что случиться может.