Отдана в долг

И произнес последнюю фразу:

— Теперь исчезни.

Глава 17.

Демьян

Дверь за ней закрывается. Я хватаю бутылку со стола, выплескиваю оставшуюся жидкость в стакан. Сжав его в кулаке, осушаю до дна.

Горячий напиток обжигает. Становится легче голове, но не сердцу.

Перед глазами мелькает лицо Алсу… Сначала живое, улыбчивое, с нежным румянцем на щеках, а затем оно на моих же глазах тлеет и превращается в бледное, холодное, пустое.

Я с такой силой сжимаю стакан, что слышу хруст. Он лопается и рассыпается на кусочки. Острые осколки впиваются в кожу ладони, но я не чувствую боли.

Упав в кресло, прикрыв глаза, я погружаюсь в тот самый день, когда впервые её увидел.

Нет, не Алсу, а Аврору…

Почему-то её!

Почему-то о ней я сейчас думаю, несмотря на то, что мечтаю схватить её тонкую лебединую шейку и переломать пополам за то, что узнал немыслимое.

Наверно, потому что я разочаровался в хорошем человеке, именно от этого мне стало невероятно больно!

Больно, когда тебя предают…

Тот человек, от которого ты меньше всего этого ожидаешь, тот которым ты восторгаешься.

Сначала у меня особо не было к ней чувств, лишь желание получить свою выгоду — получить ребёнка от привлекательной девушки, не больше. Но со временем, привыкая к тому, что она теперь стала частью моей жизни, я и подумать не мог, что смогу хоть немного остыть.

Да, я был проклятым эгоистом!

Я так сильно захлебнулся в своём горе и в аффекте, что мне было наплевать на всё остальное.

Я просто хотел вернуть себе своего ребёнка…

Заглушить эту боль утраты любым другим способом!

Ничего лучше не придумал, как попытаться ещё раз.

Я сам не ожидал, что так проникнусь тем, что скоро стану отцом. Видимо, настал тот самый день, когда у меня проснулись аномально сильные отцовские чувства.

Я слишком вжился в роль, настроил планов, часто воображал себе, как мы вместе с сыном будет покорять этот мир!

А потом — бах!"

"И всего этого не стало.

Боль была чудовищной…

Я слишком остро переживал аварию и такую страшную потерю.

Я начал сходить с ума. Превратился в какого-то зверя, изменившись до неузнаваемости! С моим настроением творилось что-то ужасное.

Я даже начал бояться самого себя. Хотел убивать всех, кто хоть под малейшее подозрение попадет.

Я понял, что мне нужно как-то восполнить горькую утрату.

Поэтому я захотел найти суррогатную мать.