Отдана в долг

Ведь мне показалось. Последнее слово было произнесено очень сбивчиво и невнятно.

Прошло еще несколько мгновений, но Демьян продолжал двигаться и покрывать поцелуями моё лицо, шею, грудь… даже плечи. Он вел себя как одержимый, как какой-то зависимый, не мог остановиться. А потом напрягся сжал зубы и кончил во второй раз подряд.

* * *Демьян занимался со мной сексом до глубокой ночи. Я теряла сознания от изнеможения, но он снова и снова меня будил, похлопывая по щекам, приводя в чувства дикими, мокрыми поцелуями и брал своё!

Он знакомил меня с разными позами, терзал одержимыми ласками до сумасшествия.

"Он превратился в какого-то лютого зверя и почти растерзал меня до смерти. Поначалу всё начиналось так мило и романтично, а потом… потом он стал каким-то секс-террористом! Которому было всё мало и мало! Чем больше он брал, тем больше ему хотелось.

Я думала, ночь никогда не закончится.

Я лежала на смятых, мокрых простынях и часто дышала, захлебываясь от приступов дрожи. Время потеряло для меня всякий счет. Моё тело ныло, сладко болело и пульсировало в агонии, а кожа была покрыта бледно-красными отметинами и засосами.

— Ноги вверх задери, высоко над головой подержи. Лежи в таком положении десять минут.

Получив желанное, Демьян закурил, стоя на балконе, впуская в затхлую, буквально пропитанную ароматом секса комнату, приятную ночную свежесть.

Я получила невероятное удовольствие, когда он доводил меня до оргазма снова и снова, но сейчас мне бы хотелось, чтобы Демьян остался со мной в кровати. Чтобы притянул к себе и уснул со мной в обнимку. Чтобы ласкал не только во время секса, а просто так. Без обязательств.

Я не выдержала и спросила прямо.

— Почему вы так холодны и закрыты?

— Помолчи.

Демьян смотрел в небо, выпуская в темноту серые клубки дыма. Когда он встал с кровати, я заметила, что его холодные глаза стали несколько иными. Будто он хотел пустить слезу, но не мог. Потому что мужчины не плачут.

Демьян проигнорировал мой вопрос, но меня распирал и разрывал изнутри какой-то клубок из отчаяния, несправедливости, обиды. Под воздействием импульса, я выкрикнула:

— Кто такая Алсу?!

Вот теперь он повернулся.