Отдана в долг

Так я называла когда-то в собственных мыслях секс и оральные ласки. Теперь же окончательно и невозвратно поменяла к ним отношение и не считаю такое живым воплощением непристойности.

— Что?

— Поднимайся, иди в душ. К врачу едем.

Сонно проморгавшись, приподнимаюсь на кровати, осознавая, что сейчас я лежу на ней полностью голая. На мне всего лишь тонкая шелковая простынка, которую я прижимаю к себе, смущаясь. Но под ней отчетливо видно мои торчащие соски.

Смотрю прямо и вижу ЕГО.

Хозяина моего тела, моего первого мужчину.

Демьян выглядит бесподобно.

Сексуальный дьявол…

Он смотрит точно на меня, грозно прищурившись, и медленно застегивает перламутровые пуговицы на белоснежной рубашке. Его темные волосы небрежно растрепаны после душа, а челка слегка падает на глаза, бросая на них мрачные тени.

Выглядит тааак сексуально!

Стоп.

Рори, прекрати!

Соберись…

Что с тобой?

Ты должна устоять!

Хочет мое тело — он его получит.

Потому что у нас договор…

Но мою душу ему не видать никогда.

— И вам доброе утро, — сухо фыркнула я.

Какой радушный утренний приемчик…

Он джентльмен от бога.

— Что? Что ты там вякнула?

За секунду Алаев оказывается надо мной черной, грозовой тучей. Сильная рука в миг сдавливает моё хрупкое плечо, оставляя ярко-розовые отметины длинных, аристократических пальцев на молочной коже.

— Не раздражай меня, ты тут на правах рабыни. Что-то не нравится — будешь наказана.

Наклоняется ниже, жаром окатывает ушко:

— В гардеробной в специальном шкафчике я храню набор плетей.

Рука “Боярина” сжимается сильней.

Черт…

Я должна огрызнуться, хотя бы язык показать, когда он отвернется, но я почему-то испытываю мощный прилив жара в нижней части живота, когда он заговорил о плетях. И когда… опять ко мне прикоснулся, грубо сжав плечико.

Дурочка!

— Ты меня поняла?

Пропотев от его низкого голоса и жара властного дыхания, я на автомате кивнула.

— Прекрасно.

Пальцы Алаева на моём плече разжимаются, когда его взгляд вдруг падает на крупное алое пятно на простыне. Я быстро накрываю его одеялом, пряча глаза под пушистыми ресницами.

— Тебе было больно? — неожиданно, но сдержанно спрашивает он.

* * *Легонько киваю, прикусив кончик языка.

— Собирайся в темпе, отвезу тебя к врачу, пусть посмотрит.

Отстранившись, мужчина направляется к выходу из комнаты.