Отдана в долг

От этой тяжелой, мощной энергетики в миг кружится голова…

Медленно оборачиваюсь. Сталкиваюсь с серебристыми, редкого-цвета глазами, пронизывающими меня насквозь и до самой души.

— Я помогу.

Не дождавшись моего дозволения, он опускается передо мной на одно колено. Теплые, шероховатые пальцы касаются щиколотки. Нарочито медленно проводят вниз по тонкой, бледно-розовой коже, обжигая.

Я опять не дышу, готовлюсь потерять сознание…

Почему этот мужчина так остро так на меня влияет?

И вообще, он что, меня преследует?!

Несмотря на то, что его руки такие большие и сильные, они удивительно нежно скользят по моей ножке, оставляя после себя сладкое тепло.

Это интимное прикосновение, его мягких подушечек пальцев, ускоряет биение моего сердца до предела. Демьян ставит мою ножку в туфельку и бережно застегивает застёжку. Поправляет подол платья, вскидывает голову вверх, глядя на меня привычно-властным взглядом снизу вверх.

Поднимается на ноги. Не сказав больше ни слова, огибает меня с левой стороны. С гордой осанкой, с величественной грацией пантеры продолжает спускаться вниз по лестнице.

Мой бог…

Я хватаюсь за перила, с томной тяжестью внизу живота глядя ему вслед.

Что. Это. Было?!"

"Сестре расскажу, что я побывала в роли Золушки — не поверит.

Это ж надо такое. Точно, как в сказке. Слава богу у меня нет злой мачехи, кареты, которая превратиться в тыкву, и платья, которое станет обносками.

— Аврора! Вот ты где!

Вздрагиваю.

— Мы уезжаем, давай спускайся скорей.

Вздохнув, я приподняла платье и спустилась вниз. На этом торжественный вечер был завершен. Можно сказать, мой первый выход в свет состоялся успешно.

Если честно, я даже забыла о том, что сегодня состоялся мой первый серьезный выход в свет, где мама представила меня очень серьёзным людям. Потому что мои мысли были сплошь забиты Демьяном Алаевым.

* * *— Аврора, ты сегодня молодец стойко держалась! — похвалила меня мама, когда мы покинули особняк и направились к машине.

— Спасибо, — я натянула на губы улыбку.

Остановились напротив автомобиля.

— Вот незадача! — вдруг буркнул отец. — Я ведь охрану отпустил. По доброте душевной дал им выходной… А теперь как нам быть?

— То есть как это отпустил?

— Ну вот так! У Бориса жена вдруг рожать начала, там какие-то осложнения в родах пошли, я его отпустил.