От ненависти

 — Клянусь, я больше слова ей не скажу! Для меня точка поставлена — она ведь не поддалась, рассказала тебе…

Издав рев, я врезал брату лбом в лицо, после чего смог оттолкнуть его от себя. Однако больше не делал попыток приблизиться к малахольному. Увидев, какой погром мы устроили на кухне, будто в себя пришел.

— Выродок, — ругнулся я, оправляя рубашку. — Сегодня же свалишь из моего дома! Здесь тебе больше не рады.

Стерев кровь с губы, Адам угрюмо отозвался:

— Как скажешь…

Он напрягся, когда я сделал шаг в его сторону, но в мои планы больше не входило махать кулаками.

Порядок наводили в гробовом молчании. На самом деле я рассчитывал, что Адам избавит меня от своего гаденького общества, но что-то он не торопился. В какой-то момент и вовсе замер, упершись ладонями о стол и принявшись раздражать меня настырным взглядом.

— Значит, по-твоему, я теперь всегда буду с «отклонением»?

Я промолчал. Пусть думает, что хочет. Даже то, что в его голосе слышалось обвинение, не тронуло меня. Однако Адам не планировал заворачивать разговор. Помолчал, хмуро пялясь в пространство и неожиданно спросил:

— Ты знал, что она попала в аварию?

Я даже замедлился, покосившись в его сторону. Но следом, как ни в чем не бывало, уселся за стол, и глянул на сбитые костяшки своей правой руки.

— Знал, — сухо выдал я.

Адам тоже уселся за стол как раз напротив меня.

— Я был у нее, — признался он, смяв свои ладони и уставившись на них.

Я же вскинул взгляд полный грозного недоумения. Меня, в общем-то, сразу напрягла тема, которую брат выбрал, но я надеялся, что ошибаюсь в своих мыслях."

"— Для чего это?

Адам неоднозначно покачал головой.

— А ты бы смог остаться в стороне? — резонно спросил он, встретившись с моими глазами.

Я не брался судить. Авария, в которую Мариям попала, была довольно серьезной. Но не стоило преуменьшать вероятность, что брат до сих пор испытывал к ней какие-то чувства. Именно это меня и настораживало.

— Она впала в кому…

— Я знаю, — перебил я его.

— Несколько месяцев практически на грани жизни и смерти, — продолжил Адам, будто не услышал меня. — И неизвестное будущее… Я приходил к ней. Очень часто.