Остановите музыку

— То есть, ты даже не знаешь? — Елена Георгиевна вздохнула и с горечью подтвердила собственную догадку: — Вы разругались.

— Мама, мы вместе уже десять лет, даже больше. Мы ругаемся и миримся. И со своими проблемами разберемся, не переживай.

— А как же ты одна?

— Нормально. Работаю. — На секунду зажмурилась, но приказала себе быть стойкой. Погладила Аришу по голове, когда та протиснулась мимо неё в обнимку с плюшевым кроликом.

— Правда?"

"— Мама, клянусь. У меня всё в порядке.

— Хоть бы зарплату тебе добавили, что ли.

— Мама, я не бюджетник.

— Но ты же в школе работаешь.

— Во-первых, это частная школа, а во-вторых, я преподаю танцы, а не математику и даже не географию. Я не педагог.

— Глупость какая-то, — расстроено проговорила Елена Георгиевна, искренне не понимая, в чём здесь подвох. Но быстро вспомнила о главном. — А когда Пашка приедет, скажи ему, что это не дело, оставлять жену и ребёнка одних в чужом городе.

Нина усмехнулась.

— Я столько лет живу в этом городе, а ты всё ещё считаешь, что я здесь в гостях.

— А разве нет? У человека должен быть дом, — нравоучительно начала она развивать любимую тему. — А вы, на самом деле, столько лет там живёте, а всё по углам мыкаетесь. И поэтому я совсем не удивляюсь, что Арина…

— Что Арина?

Мать замолкла на полуслове, видимо, заставила себя проглотить справедливые, по её мнению, слова, знала, что это повод для ссоры с дочерью. И Нина тоже молчала, зло уставившись в угол маленькой кухни, не зная, как поскорее с матерью распрощаться, чтобы не обидеть.

На одну секунду стало очень горько. Нина не позволяла себе задумываться о таком, считала это слабостью и предательством по отношению к своему ребенку, но иногда, глядя на Аришу… она не понимала, за что.

— Я всё поняла, мама, — произнесла она в трубку голосом послушной дочери. — А сейчас, прости, но мне нужно на работу. Я позвоню тебе в выходной, хорошо? И не переживай, у нас всё в порядке.

Телефон выключила и на пару секунд задержала дыхание, стараясь справиться с собой. В этот раз почему-то было сложнее, и пришлось сделать над собой усилие, чтобы улыбнуться.