Остановите музыку

Галстук подходит? — Нина подошла к нему, подтянула узел, потом провела ладонью по тёмно-бордовому шёлку.

— Да, замечательно. — В лицо ему посмотрела, а Костя попросил:

— Прекрати себя изводить. Половина из того, что ты сказала — полная ерунда.

Она кивнула, не споря, но и не спеша соглашаться.

— Слава позвонит, когда подъедет.

Нина проводила его до дверей, поцеловала на прощание и заставила себя улыбнуться, когда Костя её по носу щёлкнул. Что ж, надо признать, что он воспринял это утро, куда спокойнее, чем она.

— Ариша, собери портфель, мы скоро поедем в школу. — Нина заглянула на кухню, увидела дочь перед клеткой, и на секунду остановилась, не зная, стоит ли позволять ей так привязываться к попугаю.

Девочка обернулась через плечо, кивнула. И снова повернулась к Грише. Тот высунул голову в открытую дверь клетки, огляделся, а когда остановил взгляд на лице девочки, неодобрительно качнул головой. И спросил Костиным голосом:

— Чего молчишь?

Та немного отодвинулась, оглянулась, но матери не увидела. А на попугая кинула обиженный взгляд и с дивана поторопилась спрыгнуть.

Мебель пришлось оставить в съёмной квартире. Нина пока собирала оставшиеся вещи, всё оглядывалась, пытаясь решить, как поступить. Конечно, можно было бы снять какую-нибудь комнату, помещение или попытаться договорить с Евгенией Петровной, и оставить мебель на время, но Нина чувствовала огромное нежелание всем этим заниматься. Диваны, холодильник, шкаф… Все эти вещи принадлежали к жизни, к последним двум годам, о которых не слишком хотелось вспоминать.

Одежда и игрушки были собраны, книги и личные вещи упакованы, и единственное из крупных вещей, что Нина собиралась забрать — это низкий столик, за которым Ариша привыкла рисовать.

Он был расписан вручную и уже не единожды после покупки залачен, но выглядеть от этого менее привлекательно не стал.