Остановите музыку

Чем чёрт не шутит, в конце концов.

На завтрак Гриша получил корм и немного клубники. В принципе, обычное утро. Телевизор включен на канале Новостей, негромко шумит кофеварка, уже пахнет свежесваренным кофе, а отвечать на телефонные звонки Шохин ещё не готов. Вот только сегодня напротив сидит ребёнок и внимательно наблюдает за каждым его движением. И Костя время от времени с удивлением это осознавал. Задерживал на девочке взгляд, и про себя недоумевал. Но она сидела напротив, в яркой пижаме с Гуффи, с длинными распущенными по плечам волосами, темными, как у матери, а на него смотрела широко распахнутыми глазами, будто не понимала, что он делал на этой кухне, а не она.

Костя поначалу не знал, как себя вести. Говорить с человеком, который не отвечает, и вроде бы даже не реагирует на происходящее, не то что бы трудно, а неловко. Но, справившись с этой самой неловкостью, он начал с девочкой общаться. Она листала книжку, мотала ногами, сунула палец в творожный крем, и сделала это не слишком вовремя, потому что Нина в этот момент появилась на кухне, увидела это и поругала. А заодно отправила умываться.

— Почему ты меня не разбудил? — спросила она, зевая. Потуже затянула пояс халата, подошла к Шохину и привстала на цыпочки, чтобы дотянуться до его щеки. За его футболку уцепилась.

— Ещё рано. Кофе хочешь?

— Я себе чай сделаю. — Огляделась. — И приготовлю завтрак. Яичница и тосты?

— Идёт.

Костя присел на подоконник, с чашкой кофе в руках и смотрел в телевизор.

А Нина осторожно выдохнула, повернувшись к нему спиной. На удивление неловкое утро. Проснуться позже всех и застать Шохина на кухне с её дочкой — это как-то неправильно. Наверное, встать раньше остальных должна была она, встретить всех горячим завтраком, притворяясь идеальной хозяйкой, но хотя бы чувствовала, что делает всё правильно. А сейчас она выглядит сонной и растрёпанной, и в халате, в спешке, готовит завтрак.

Но кое-что следует прояснить:

— Арина давно встала?

— Не знаю.

Точно раньше меня.

С досады зажмурилась, зная, что Костя не видит. А вслух проговорила, оправдываясь:

— Она плохо спит в новых местах.

— Знаешь, она удивительный ребёнок.

Нина моргнула.

— Правда?

Шохин плечами пожал.

— Другой бы, проснувшись рано в чужой квартире, перебудил бы всех, а она взяла книжку и села читать.

Нина улыбнулась через силу.

— Думаю, она прежде обошла всю квартиру.

— Вполне оправданное любопытство.