Остановите музыку

Громозкие шкафы под потолок, антикварный столик немного в стороне и все та же кожаная мебель, что и в приемной, только на этот раз молочного цвета. Под ногами пушистый ковер, а в другом углу, на широком столе, макет центра города. Нина подошла, чтобы посмотреть поближе.

Дверь наконец закрылась, стало тише, и Шохин совсем другим тоном спросил:

— Ты что здесь делаешь?

Нина повернулась к нему, плечами пожала.

— Мимо шла, дай, думаю, зайду. Еще раз скажу тебе спасибо.

Костя приблизился к ней, разглядывал с насмешкой.

— Должок отдать решила?

Нина придвинулась к нему, почувствовав его руку на своей талии. Приподнялась на цыпочках и сама коснулась губами его губ.

— Не надо было приходить? Я только когда с маленькой армией твоих секретарш столкнулась, об этом подумала.

Шохин пальцем ей подбородок приподнял, чтобы целовать было удобнее.

— Ты меня случайно застала. Я приехал полчаса назад.

Она обняла его за шею и шепнула на ухо:

— Я думала, ты забыл.

— Я никогда ничего не забываю.

Ее объятие стало крепче.

— Спасибо. Для меня это очень важно.

Он носом в ее волосы уткнулся, сделал глубокий вдох.

— Хорошо пахнешь.

— Три часа в спа-салоне. Тебе нравится?

Шохин хохотнул.

— Где еще ты хорошо пахнешь?

— Везде, — заверила она его. — Чего со мной только не делали, — зашептала она ему на ухо, даже потерлась об него грудью, дразня.

— Да? — в его голосе прозвучал неподдельный интерес.

Нина еще раз осмотрела его кабинет.

— У тебя мило.

Костя понимающе усмехнулся, отпустил ее и прошел к двери, повернул ключ в замке.

— Двадцать?

— Я обедаю с мэром. Хочешь присоединиться?

Она тут же отказалась.

— Ну уж нет. Не знаю, как смотреть ему в глаза, все время Вадика вспоминаю.

— Нина, уже девятнадцать.

— А твоя секретарша?

— Она за дверью.

— Она услышит.

— Вообще, это зависит от тебя.

Нина лишь головой качнула, но кровь уже побежала по венам быстрее, и во рту пересохло. Не спуская с Шохина глаз, состроила ему рожицу, молнию на платье расстегнула.

— Подожди. — Повесила платье на спинку стула, разгладила его, зная, что лишь дразнит Костю этим, и после этого уже милостиво кивнула. А когда Костя подсадил ее на край стола и наклонился к ее груди, посетовала: — Надо было все-таки попросить у нее кофе, — намекая на подслушивающую секретаршу.