Остановите музыку

Нина снова оглянулась на дочку, а когда повернулась к Шохину, поняла, что тот пытался проследить за её взглядом. Руки опустились.

— Я здесь с дочкой гуляю.

Он вскинул на неё пронзительный взгляд. Смотрел и молчал. А Нина указала на Аришу.

— Вон она, с альбомом.

Костя молчал, как показалось Нине, целую вечность. И смотрел не на неё, а на Арину. А потом строгим голосом спросил:

— Почему ты мне не сказала?

На этот вопрос ответить было трудно. Сделала шаг к нему, рисковала, но не могла избавиться от ощущения, что их подслушивают.

— Не знаю, — честно призналась она. — Я хотела… и не хотела. В общем, я не могла решить. Я не знала, хочешь ли ты это знать… Должна ли я, вообще, говорить с тобой о таких вещах.

Судя по его лицу, ему было, что ей сказать. Сверлил её своим фирменным арктическим взглядом, и Нине хотелось сквозь землю провалиться. А он ещё так серьёзно кивнул.

— Должна.

Если до этого хотелось исчезнуть, то после его тона застрелиться.

— Буду знать."

"— Но теперь я, по крайней мере, понимаю, куда ты вечно убегала.

— Нет, мы уже… достаточно. Я приведу Аришу.

— Ариша, — повторил он.

Нервно кашлянула.

— Да, её зовут Арина.

— Мило.

Это «мило» было произнесено особенным тоном, так говорят, когда узнают, что у партнёра по бизнесу родился седьмой по счёту ребёнок. Мило!

Костя остался на месте, наблюдая за тем, как Нина торопливо пересекает детскую площадку, виртуозно огибая мечущихся детей, а мысленно уже продумывал, что этим вечером скажет Жабе, который вроде бы и рассказал ему в своё время всё о своей новой «девочке», но кое о чём важном умолчал.

У его красавицы ребёнок. Не было печали, по-другому и не скажешь.

Нина подошла к девочке и присела перед той на корточки, заговорила с ней.