Остановите музыку

И решила ещё раз прояснить:

— Костя дома?

— Дома, спит ещё. Приехал под утро, мне ребята на въезде сказали. Они ведь всё знают.

Нина кивнула, не желая вспоминать об этих самых ребятах, туфли сняла, кинула осторожный взгляд на домработницу. Теперь уже она её разглядывала, пытаясь понять, к чему готовиться.

Женщина казалась интеллигенткой до мозга костей, ухоженная, лет шестидесяти, одета скромно, но очень опрятно. Напоминала педагога старой школы, даже представить трудно, что она занимается уборкой и стиркой в доме одинокого мужчины.

Из кухни послышался резкий вскрик попугая, а потом собачий лай, который странно отозвался эхом, и Нина не сразу поняла, что это Гриша подражает.

— Туся, прекрати немедленно, — шикнула на собачонку Лидия Аркадьевна, а Нина вежливо улыбнулась, и даже погладить болонку решилась. Если это, конечно, была чистопородная болонка, без примеси дворовой крови. Так сразу было и не понять. — Вы проходите, Нина, проходите. Костя ещё спит.

То есть её без разговоров допускают в святая святых…

— А откуда вы знаете моё имя? — Нина даже на саму себя разозлилась, когда этот вопрос с языка слетел.

Лидия Аркадьевна удивилась, даже руками развела.

— Как же… Меня Костя предупредил. Он меня всегда предупреждает… о возможных гостях.

— Понятно. — Улыбнулась из вежливости, и направилась к двери хозяйской спальни. Признаться, так и не поняла, стоило ей приходить, и ждал ли её вообще Шохин. Хотя, домработницу предупредил, очень мило с его стороны.

Костя на самом деле спал, не смотря на то, что часы показывали одиннадцать утра. Шторы в комнате были задёрнуты, и как только Нина осторожно прикрыла за собой дверь, стало очень тихо. Она даже не сразу осмелилась сделать шаг, казалось, что пол скрипнет, и Костя сразу проснётся. Взгляд скользнул по обстановке, будто она не бывала здесь до этого, а потом всё-таки приблизилась к кровати и присела на край.