Особое положение

После ужина я отправила мужчин искупаться, а уже после их возвращения тоже поехала освежиться.

Пока их ждала, поболтала с хозяином заведения. Сейчас других путников, кроме нас, здесь нет. Недавно еще торговцы съезжались на праздник в Игенборге, но уже успели вернуться обратно, караваны основные прошли, и сейчас временное затишье.

– Ничего необычного не замечали? – полюбопытствовала я.

Люблю общаться с простыми людьми. Выяснять, что тревожит или какие слухи ходят. Можно узнать много интересного. А тут если в Игенборге всполошились настолько, что сам наследник в дорогу отправился, то, может, и трактирщик что-то заприметил.

Как оказалось, да.

– Было недавно, – задумчиво произнес он, протирая тряпкой деревянную стойку. – Я людей вижу, обычно понятно, кто и куда направляется, да и не скрывают цели пути. А тут пара молодая, нездешние, в сопровождении отряда охранников. Зачем понесло в степь, не понять.

– Да, странно. Обычно супружеские пары, если надо куда, предпочитают каравана дождаться, чем охрану нанимать.

– Не похоже. Парень и наемники точно из Асдора, по одежде видно. Девушку не рассмотрел толком, а вот служанка с ней из Игенборга. Говор у нее местный. Да и не жена она ему. Невеста, может. Разные комнаты брали. И служанка вокруг своей хозяйки тряслась, словно с младых ногтей ее знает. Только разве в Игенборге кто отпустит дочь свою в путешествие с мужчиной без обряда свадебного?

– Думаете, сбежали?

– Если так, то почему не в Асдор? И если девица пропала, то отчего погоню сразу не послали? Выяснить, через какие ворота они проехали, труда не составило бы.

Мы еще немного пообсуждали странных путников, но потом вернулись мужчины, и я поехала купаться. Эрик с Борком увязались проводить. Ну хоть Тхамул остался в таверне, отправившись спать. Не привык он много времени проводить в седле и к вечеру валился с ног.

От своих охранников я избавилась, оставив им аквилла и предложив погулять подальше в сторонке, компания мне не нужна.

Дно было илистое, и для удобства давно построили мостки. Я разделась догола, но косы подняла вверх и заколола острой, как стилет, заколкой. Из предосторожности полностью безоружной я никогда не оставалась.

О том, что за мной могут подглядывать, не беспокоилась. Во-первых, давно привыкла не стесняться своего тела и ложной скромностью не страдала, а во-вторых, Эрик – друг детства, Борк – лучший друг брата, им совесть не позволит.