Опасное сходство

Если окажется, что Элизабет Томпсон — дочь какого-нибудь мелкопоместного обедневшего джентльмена, во что он верил все сильнее, его сегодняшнее поведение по отношению к ней ставит его в весьма неловкое положение. В очень неловкое…

— Итак, мы с вами говорили о?.. — спросил он, как будто ничего не заметил.

Элизабет расправила плечи:

— Милорд, позвольте, я помогу вам вернуться домой.

— Элизабет, мне больно, но я не калека! — резко ответил Натаньел и тут же поморщился, когда Элизабет попыталась взять его под руку.

— В таком случае вам самому следует думать о том, что вы делаете, прежде чем критиковать мои действия!

— Как это? — нахмурился Натаньел.

Она сухо кивнула:"

"— Если бы вы не ввязались в пьяную драку, то не получили бы травмы, от которых теперь страдаете!

— А если я получил свои травмы, защищая честь леди? — сухо спросил он, чувствуя, как боль понемногу ослабевает.

Она скептически подняла брови.

— Верится с трудом! Настоящая леди никогда не окажется в таком положении, что ей потребуется подобная защита, — добавила она, видя, что Натаньел пытливо смотрит на нее.

Возможно, это и правда. Хотя, поскольку друг Натаньела, лорд Доминик Вон, объявил, что собирается жениться на упомянутой леди при первой возможности, ему сейчас благоразумнее держать свое мнение при себе!

— Я уверен, что вы никогда не окажетесь в подобном положении, — врастяжку ответил он.

Элизабет нахмурилась, очевидно решив, что он над ней издевается.

— Я всего лишь компаньонка вашей тетушки; меня не назовешь настоящей леди, — высокомерно сообщила она, направляясь в сторону Хепворт-Мэнор.

Ее высокомерие лишь усилило сомнения Натаньела в правдивости ее высказывания. Вот и Теннант совсем недавно усомнился в том, что его спутница занимает столь незначительное положение!

— Неужели вы считаете себя недостойной того, чтобы джентльмен защищал вашу честь? — спросил он, поравнявшись с ней.

Элизабет покосилась на него.

— Мою честь сегодня требовалось защищать от одного-единственного человека — от вас, милорд! — презрительно заметила она.

— Элизабет, все свидетельствует об обратном! Мы с вами знакомы не очень долго, однако я все больше убеждаюсь в том, что вы более чем способны сами постоять за себя, — негромко заметил Натаньел.

Дворецкий открыл им парадную дверь, и они вошли в дом. Только здесь Элизабет поняла, как она продрогла на холоде.

— Извините, милорд… — Элизабет скромно опустила глаза.