Опасное сходство

 — Сэр Руфус совершенно обезумел и мог убить меня.

На виске Натаньела запульсировала жилка.

— А мне следовало с самого начала догадаться, что вы — не та, за кого себя выдавали!

Элизабет сокрушенно улыбнулась:

— По-моему, вы и так догадались, что мне не очень-то удается роль компаньонки.

— Да, наверное, — кивнул он. — К сожалению, мои догадки не помешали мне… проявить некоторые вольности.

Элизабет почувствовала, как вспыхнуло ее лицо; она живо вспомнила, чем они занимались наедине.

— По-моему, я тоже виновна в том, что все так получилось.

Натаньел едва не простонал вслух, такое острое возбуждение неожиданно охватило его. При одном воспоминании о том, что вытворяли совсем недавно нежные ручки и губы Элизабет, у него заныло в паху. Он отвернулся и стал смотреть на огонь, потрескивающий в камине. Нельзя, чтобы она заметила, как остро он реагирует даже на воспоминания.

— Элизабет, сейчас я прошу у вас прощения за мои прошлые грехи…

— Лучше не надо! — резко возразила она.

Натаньел обернулся к ней:

— В сложившемся положении это меньшее, что я обязан сделать!

— Вы ничем мне не обязаны! — Элизабет взволнованно тряхнула темными кудрями.

Натаньел глубоко вздохнул и продолжал:

— Сегодня мы с Уэстборном откровенно поговорили с глазу на глаз. Я признался ему в своих прегрешениях.

— Что?! — с ужасом вскричала Элизабет.

— Мое недавнее поведение с леди Элизабет Коупленд достойно порицания. Оно непростительно. Следовательно, у меня два выхода.

— Абсурд! — воскликнула Элизабет.

— …вот почему я заранее согласился на то место и в то время, какие выберет Гейбриел, — угрюмо закончил Натаньел."

"Элизабет оцепенела. Холод пробрал ее до костей. Ей показалось, будто кровь застыла у нее в жилах. Значит, Натаньел готов рискнуть жизнью и драться на дуэли с человеком, который, по словам Дианы, одинаково искусно управляется и со шпагой, и с пистолетом! Хуже того, если соперники останутся живы, Натаньел уже не сможет считаться другом Гейбриела.

Элизабет замутило. У нее подкосились ноги. Она испугалась, что сейчас упадет.

— Элизабет, я рассказываю вам обо всем вовсе не для того, чтобы вас ранить…

Ранить? О нет, его признание ее не просто ранило! Ей показалось, будто он вскрыл ей грудь и вырвал оттуда сердце.