Олигарх

А у тебя за спиной никто не стоит. Одна ты, Ксюша.

— А ты язык за зубами держи, ясно? — сверкнула в ее сторону полным ярости взглядом я.

— Я могила, Ксюша.

«Знаю я тебя. Скорее, меня в могилу сведешь», — подумала, и отвернулась к окну.

— Слушай, скинь мне все про эту Яну, — немного поразмыслив, попросила я.

Ира молчала. Видимо, раздумывала, как лучше поступить.

— Слушай внимательно. Мои родители очень тесно дружат с семьей Яны. Она мне не нравится, слишком высокомерная. Но я обязана с ней дружить, понимаешь? Таковы правила в нашем дурацком городе.

Каждый, кто приближен к кормушке, друг другу кум и сват.

— Куда уж яснее, — горько усмехнулась я. Вспомнились обшарпанные стены родной хрущевской трешки, вечно горбящийся над конспектами папа, бабушка, считающая каждую копейку…

Стало страшно. В плохую компанию я попала. Растопчут и выплюнут. Не поморщатся. А за Тихонова еще и шею свернут. Отправит меня эта Яна в реку рыбок кормить, и никто не вспомнит.

— Я тебе в личку вконтакте ее аккаунт скину, ты осторожно с фейка войди и посмотри, — притормозив возле моего подъезда, сбивчиво заговорила Ира.

Достала свой айфон последней модели и быстро что-то сбросила мне через социальную сеть.

— И вообще, Ксю, будь осторожна. Я тебе все, что в отделе будет твориться, расскажу. Если что — я на твоей стороне. Но, сама понимаешь, у родителей бизнес. Без дружбы с администрацией никак.

— Понимаю. Спасибо, что подбросила.

Я потянулась к ручке дверцы.

— Ксюш… мне жаль, что с папой твоим так вышло, — грустно улыбнулась на прощание подруга.

— Мне тоже.

Внутри все сжалось, и я быстро выбралась из машины. Меня душили слезы. Я не хотела, чтобы их кто-то видел. Почему в жизни все так несправедливо? Отчего болеют те, кто не в силах заплатить за лечение?

Зайдя в подъезд, стянула ненавистные туфли и зашагала на четвертый этаж босиком, растирая по лицу слезы.



Глава 12.

В приемной воцарилась неприятная тишина. Тихонов поморщился, будто от зубной боли. Он не любил тишину. А последние несколько дней он начал ненавидеть и вечера.

Все эти наполненные дорогой выпивкой и красивыми девочками рестораны, сауны, кабинки для вип-персон, беспрерывное хвастовство деловых партнеров, у которых развязывался язык после второй порции крепкого виски. Пить они не умели. Как и держать язык за зубами, и следить за весом. Обрюзгшие и распущенные, они изменяли женам, кичились победами на стороне и перемывали кости всем, кому не лень.

Тихонова боялись. Он являлся фигурой мрачной и темной.