Олигарх

Как страшный сон.

— Я не смогу забыть…

— Сможешь. Крылова больше нет, Кузнецов дает показания по делу о хищении средств, которые Москва выделила для сирот… А мы с тобой подадим заявление в загс и начнем строить дом.

— Ты прав, нам надо жить дальше… — тщательно оттирая слезы, закивала я.

— Нам есть ради кого, — посмотрев на мой живот, улыбнулся он. — Как только тебя отпустят домой, сразу же поедем в загс. Нет, не так. Отсюда первым делом поедем в загс и подадим заявление. А только потом домой.

— У нас теперь один дом на двоих? Кое-кто постарался без моего ведома? — заулыбалась сквозь слезы я.

— Представь себе, — откинув голову назад, нагло усмехнулся Тихонов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты хоть платье мне тогда на выписку привези. А то в джинсах идти подавать заявление как-то неприлично. Вдруг ты меня пообедать куда-нибудь пригласишь после такого знаменательного события? А я в потертых джинсах и толстовке.

— Обязательно привезу.

Притянул меня к себе, и я с удовольствием устроилась в его объятиях. Руслан тут же принялся усыпать мои лицо и шею нежными поцелуями. Было щекотно, и я тихо рассмеялась.

— А ты кого хочешь, Руслан? Сына или дочку?

— Мне все равно. После всего, что с нами произошло, я теперь каждые выходные буду в храм ходить. Лишь бы вы в порядке были. Ты и он. Или она.

— А можно и мне с тобой?

— Можно.

Он посмотрел на меня и снова прижал к себе.

Глава 55.

Меня продержали в больнице неделю. Выписка упала на среду.

— Приеду к часу, — пообещал Руслан.

Я собрала вещи и с нетерпением ждала. В последние два дня погода резко сменилась на потепление, из больничного окна пахло стремительно приближающейся весной, и я мечтала оказаться где угодно, только не в больничной палате.

Меня все также сильно тошнило, поэтому ужин в ресторане пришлось отложить.

«Я приготовил для нас сюрприз дома», — прислал сообщение Руслан.

Я улыбнулась. Мне хотелось сюрпризов. Хотелось жить, любить, наслаждаться. Хотелось увидеть Горация, которого забрали из ветеринарной клиники сутки назад, и которому требовались забота и уход. Хотелось вернуться на работу и снова сидеть в приемной.