Огнетушитель Прометея

Но через пару дней ей полегчало, Алла вернулась домой, и я рассказал ей о своем горе. Зотова попросила медицинские документы Раисы, и я ей их передал. Она позвонила мне ночью и сказала: «Коля, это не корь! Врачи ошиблись, неправильно лечили Раису, ты должен подать на них в суд». Я был шокирован. На следующий день Алла объяснила, как поняла, что Раису свела в могилу не детская инфекция. А я ей сказал, что судиться с центром пустое дело. Кроме того, мне не хотелось травмировать дочерей. Будь я один, наверное, начал бы процесс, но Валя с Ларой, подумал я, не переживут, если узнают, что их мать можно было спасти.

Только Алла упорствовала: «Я напишу тебе, что надо говорить. Ступай к балбесу Илье, он заплатит тебе за молчание». Но я опять отказался. Не собирался получать деньги за смерть Раисы.

– И тем не менее взяли их! – напомнил Макс.

Весенин нахмурился.

– А вы бы проверили не только приход на моих счетах, но и расход. Вся сумма, до цента, отправилась в Германию. В России Аллу поставили в очередь на трансплантацию, она оказалась в списке двадцать второй.

Вроде не очень долго ждать? Как бы не так! В нашей стране донорство не развито, родственники умерших не дают согласия на изъятие органов. Очередь практически не двигалась. Почка у Аллы отказала почти мгновенно. Мы поехали жарким летним днем купаться. Еще радовались, как дети, что смогли урвать сутки для себя. Раиса тогда отправилась в командировку в Питер, на слет директоров детских садов России, Лара умчалась на гастроли в Минск, а Валя отдыхала с подружками на Кипре. Нам с Аллой выпал уникальный момент, вот мы и отправились на озеро Круглое. Я попробовал воду и расхотел купаться, холодно показалось. Аллочка же наплавалась вдоволь, на берег выходить не хотела, я ее еле вытащил. Потом мы на травке повалялись. Вечером у Аллы заломило поясницу. Сначала она решила, что радикулит прихватил, но нет, началось воспаление в почке, и почти сразу та перестала функционировать. Мы начали бороться. Я понял, что в Германии у Аллы есть шанс, и предложил ей лететь за границу, пообещал оплатить все расходы. Но она категорически отказалась: «Спасибо, Коля, не хочу грабить твою семью. Никогда не жила за чужой счет и сейчас не намерена. Положение мое не трагично, подожду бесплатной трансплантации. Ее в России прекрасно делают, у нас много хирургов с золотыми руками». Вот только Аллочке делалось все хуже. Когда умерла Рая, я испугался, что потеряю еще и ее…

Николай Георгиевич закашлялся.