Огнетушитель Прометея

– Вы не похищали Валентину? – спросил Макс. – Не приказывали какой-нибудь своей любовнице говорить Ларисе гадости по телефону, обвинять ее в смерти матери?

– Нет, я изменился, – твердо ответил Юра. – А когда происходили все эти события?

– Раиса скончалась полтора месяца назад, – пояснила я, – и в день сороковин некто прислал Ларе злобное сообщение, что она убила мать. На днях исчезла Валя, ее судьба нам пока неизвестна.

Юрий посмотрел на Радищева.

– В клинике запрещено пользоваться сотовым, а городской телефон находится только в кабинете Константина Львовича, звонить можно исключительно в его присутствии.

– Видеоаппаратура есть и по периметру забора, – вмешался в разговор психолог, – можете убедиться, что Королев не покидал территорию уже давно. Да, он регулярно общается с Мариной, но беседы ведутся из моей рабочей комнаты и в целях безопасности записываются.

– Пусть возьмут звуковые и видеоматериалы, – предложил Юрий, – мне скрывать нечего.

– Кто такой Королев? – не понял Макс.

Юра поднял руку.

– Я. Как только покину клинику, а это скоро произойдет, сразу оформлю брак с Мариной и возьму ее фамилию. Но уже сейчас прошу не называть меня «Приходько». Я теперь Королев.

Радищев кивнул.

– Так поступают многие из моих учеников. Фамилия это нечто, тесно связанное с вашей личностью.

– Не все, – возразила я.

Константин Львович прищурился.

– Верно. Но большинство предпочитает получить новый паспорт. Как бы сообщают всем: я теперь не та, что прежде.

– Мне всегда казалось, что имя важнее фамилии, – продолжала я, – лучше уж изменить имя.

Юрий сложил руки на груди."

"– У каждого свое мнение. Я хочу отринуть именно фамилию, показать, что не имею ничего общего с Приходько, с подлым человеком.

Глава 28

Едва мы с Максом позвонили в квартиру Весенина, как дверь распахнулась и Николай Георгиевич выдохнул:

– Жива? Нашли?

– Пока нет, – мрачно ответил Макс.

Весенин сгорбился и пошел в гостиную. Мы двинулись за ним, сели в кресла, и Макс начал неприятную беседу.