Окончательный приговор

– Знать мы сможем только в том случае, если познакомимся с доказательной базой, – сказал я сухо. – Пока мы имеем право только предполагать. И мы предполагаем, что массовое убийство совершено тремя сотрудниками спецназа ГРУ: капитаном Беклемишевым, старшим лейтенантом Корчагиным и старшим прапорщиком Хостом.

– Где‑то я слышал эти фамилии, – следователь пытался что‑то вспомнить и сильно наморщил лоб. Не знаю, насколько такая мимика в состоянии напрячь память, но я все же счел за благо подсказать.

– Должны были слышать.

Дело освещалось во всех средствах массовой информации. Расстрел машины с мирными жителями в Чечне…

– А… Это те, которых чеченцы потом похитили…

– Никто их не похищал. Они сбежали, потому что понимали разницу между военным трибуналом и судом присяжных заседателей. В третий раз им бы уже было непросто отвертеться от обвинительного приговора.

– Понятно, – сказал первый следователь, разливая чай в чашки. – У меня вопрос естественный. Каковы мотивы нынешнего преступления – нашего, так сказать?

– А это мы спросим у преступников, когда их поймаем, – ответил я.

– А чай, в самом деле, очень вкусный… – заметил подполковник Раменский.

ГЛАВА 2

КАПИТАН БЕКЛЕМИШЕВ, СПЕЦНАЗ ГРУ. БОЕВАЯ ГОТОВНОСТЬ"

"Инструкцию по применению препарата старого китайца изучали втроем. Но Вальтеру было трудно сосредоточиться. Мне показалось, у него поднялась температура, но измерять ее он не хотел, чтобы не убеждаться в своей пока еще болезненности. Однако глаза у него заметно покраснели, и жар чувствовался даже на расстоянии.

И слушал он не так внимательно, как Корчагин. А я читал медленно, сам вникая в суть и запоминая. Впрочем, запоминать все необходимости не было, поскольку китаец излагал что‑то строго научное, недоступное нашему пониманию, и назвать текст инструкцией можно было только с большой натяжкой. Инструкция сводилась только к применению. Поэтому, прочитав ее, я потребовал, чтобы Вальтер показал рану, и обработал ее тампоном, смоченным в препарате. Рана начала пениться, как бывает при обработке перекисью водорода. Хотя пены было значительно больше, и была она желтого с коричневатым оттенком цвета.

– Жжет, как новая пуля, – пожаловался Вальтер.

– И хорошо. По поверхности жжет или внутри? – спросил я, вспоминая инструкцию.

– Ощущение такое, что до глубины прогревает.

– Значит, все правильно. Работает. Теперь пить это будешь.

– Пасть спалю, – опасливо предупредил Вальтер.

Значит, прочитанная мною инструкция прошла мимо его ушей.