Окончательный приговор

Но, не имей я возможности отслеживать всероссийские сводки, до меня факт исчезновения адвоката просто не дошел бы. Никто, кроме меня, эти два дела в одно пока не связывал.

Другие, более широкие категории поиска давали мне много дополнительной работы, но такая работа была необходима. Эти категории поиска предоставляли мне все криминальные факты, в которых фигурировали чеченцы и спецназовцы ГРУ, причем даже по отдельности – те или другие. А в настоящее время фактов, в которых так или иначе замешаны чеченцы, в день приходится отслеживать по нескольку.

И по многим приходится отправлять запросы для прояснения ситуации."

"Но были и очень конкретные варианты запроса, которые могли бы дать мне нить для поиска. В ходе расследования обстоятельств текущего дела, и при ознакомлении с характеристиками и послужным списком всех обвиняемых, я дважды сталкивался с упоминанием отработанного удара, которым обладает капитан Беклемишев. Удар наносится в лоб, и при этом настолько резко и мощно, что у получившего этот удар ломается шейный позвонок.

Именно таким образом капитан спецназа ГРУ убил капитана милиции, когда ночью заявился к себе домой за тапочками. И потому я вводил в запрос все случаи смерти от перелома шейного позвонка, независимо от того, где и при каких обстоятельствах это происходило, даже в автомобильной катастрофе, потому что тело можно было просто положить в машину, а потом машину разбить. Убийцу проще всего искать по почерку, если почерк характерный. А перелом шейного позвонка вообще‑то явление в следственной практике редкое. Так, дважды получив такие сведения, и именно с места дорожно-транспортных происшествий, я требовал дополнительной судебно-медицинской экспертизы. Дело в том, что сам удар в лоб, если его нанести мягкими тканями основания ладони, как это делает капитан Беклемишев, на лбу даже синяка не оставит. Но вследствие этого удара происходит прострел в затылочные области мозга, вызывающий растечение мозговой жидкости. То есть, даже если шейный позвонок выдержит и человек останется жив, после такого удара он гарантированно дураком на всю жизнь останется. Но оба случая, с которыми я столкнулся, обошлись без характерного признака. Мозговая жидкость не растекалась, то есть удар был недостаточно резким и, скорее, давящим, характерным для дорожно-транспортных происшествий. Пока мне не везло с фактами, но я был уверен, что эти отчаянные головы еще появятся на моем горизонте. И предстанут явно не добропорядочными гражданами.