Ничего, кроме обольщения

Два брата могли с легкостью вцепиться друг другу в горло на словах и получить от этого удовольствие — если только общего врага не было поблизости. Тогда они объединяли усилия. Николас Иден, женившийся на их любимой племяннице, зачастую был одной из их мишеней. Равно как и все Андерсоны, кроме Джорджины.

Но Бойду необходимо было с кем-то обсудить свою проблему. А ни одного из его братьев не было в Англии в настоящее время, поэтому он не мог поговорить с ними. Также это была и не та тема, которую он мог спокойно обсудить со своей сестрой.

Вот почему Бойд опустился на стоявший неподалеку диван и сказал:

— Вы не можете себе даже представить, насколько большую яму. Я чуть не обезумел от желания во время последнего плавания с ней на борту.

Энтони уже слышал о «договоре об аренде» Бойда с Кэти и сухо заметил:

— И теперь ты снова поплывешь на одном корабле с ней? Умный ход.

— Довольно импульсивный даже для янки, — добавил Джеймс.

— А какой у меня выбор? Я не только в долгу перед ней за ту ошибку, что совершил в Нортгемптоне. Я хочу ее.

— Это, милый мальчик, донельзя очевидно, — сказал Джеймс. — Ты ведешь себя, как полный болван, когда она рядом.

Бойд вздрогнул, его защитные рефлексы обострились.

— Ты думаешь, я не осознаю этого? Ты думаешь, я не справился бы с этим, если бы мог? Вот почему сначала я так ошибся.

— Говорит, как влюбленный мужчина, не правда ли? — спросил Энтони у брата.

— Нет, я бы сказал, как сгорающий от страсти, — возразил Джеймс.

— Ты действительно влюблен в нее? — настаивал Энтони.

Бойд был готов рвать на себе волосы.

— Откуда, черт возьми, я знаю? Сильнейшее желание, которое я испытываю, когда нахожусь рядом с ней, не оставляет места для раздумий относительно каких-либо других чувств.

— Тогда каковы твои дальнейшие намерения? — продолжал допрашивать Энтони, слегка нахмурившись. — Не думаю, что мне понравится, если я узнаю, что ты обидел ее, или кто-либо другой, если уж на то пошло. Она замечательная девушка.

— Согласен, — сказал Джеймс. — В ней многое достойно восхищения. Немногие бы сделали то, что она сделала, чтобы спасти Джудит.